В голове следователя щелкнул невидимый тумблер.
— А ведь это шанс, — прошептал он, не отрывая взгляда от суеты.
Охрана была занята логистикой, а не безопасностью. В такой суматохе, когда через ворота проходят официанты, грузчики, музыканты и декораторы, никто не будет всматриваться в каждое лицо. Никто не будет проверять каждого «помощника помощника», если он выглядит соответствующе и несет что-то тяжелое.
План возник в голове мгновенное, но настолько рискованный, что у Владимира Арсеньевича скрутило желудок. Если его поймают — скандал будет грандиозный. Следователь МУРа, незаконно пробравшийся в частное владение аристократа под видом лакея. Увольнение — это меньшее, что ему грозило.
Но зачем? Что он ему скажет? «Ага, Громов, вот ты и попался! Тайная фигура на черно-белой записи!». Или что? Хотя, как минимум, можно будет взять образцы ДНК, чтобы сверить уже имеющиеся, и тогда… Багрицкий с предвкушением облизнул губы, ощущая свою победу и прикурил очередную сигарету. Да… самое подходящее, что ему следует сделать.
О дальнейшем Владимир Арсеньевич уже не думал. Он завел двигатель и двинулся в центр города, чтобы преобразиться.
Глава 19
Алиса, все еще бледная, с темными кругами под глазами, полулежала на высокой кровати, укрытая колючим шерстяным пледом. Рядом на деревянном табурете сидела Лидия. Даже после всего пережитого ужаса на чердаке и удушения призрачной тварью она умудрялась держать спину прямой, словно находилась на приеме у императора, а не в лазарете спецслужб. Только нервное движение пальцев, разглаживающих несуществующую складку на юбке, выдавало её напряжение.
Напротив них, в глубоком кресле, которое явно помнило еще времена первых Романовых, расположился Корней. После штурма чердака Мастер Инквизиции выглядел уставшим. Однако он сидел расслабленно и крутил в пальцах незажженную сигарету — курить здесь было нельзя, но привычка успокаивала.
Корней буравил девушек своим бесцветным глазами, в котором смешались подозрительность и недоумение.
— Значит, так, — наконец нарушил молчание инквизитор. Его голос звучал глухо, отражаясь от стен. — Давайте еще раз, чтобы я убедился, что правильно понял расклад и не сошел с ума.
Он подался вперед, сцепив пальцы в замок.
— Виктор сейчас в Москве. Это, на минуточку, больше полутора тысяч километров отсюда. Вы — здесь. Я знаю про вашу проблемную связь, — Корней перевел взгляд с одной девушки на другую. — По всем законам магии, логики и физиологии вы обе сейчас должны корчиться в агонии от разрыва ментальной связи или, как минимум, лежать в коме. Но вместо этого одна строит из себя героя, сражаясь с духами, а вторая выглядит живее всех живых, — он снова посмотрел сначала на одну, затем на вторую девушку и произнес одно слово: — Как?