— Похоже на то.

— Да, он странный, — серьезно сказал Сет, положа руку на сердце. — И мне неприятно говорить тебе это, но дерево, с которого упал этот водный фрукт, растет не так уж далеко.

— Это ты так назвал странным и меня? — спросил, притворно нахмурившись.

— Он твой сын, — пожал плечами сокол.

— Ты ведь знаешь, что это не так? — чтобы оставаться невозмутимым, мне пришлось приложить усилия.

— Это не имеет никакого значения, — сказал он. Эти слова заставили меня задуматься.

— Ладно, готов признать это. Я странный, да, — пожал плечами под смех Сета. — А сейчас Грэга нужно уложить в постель. И самому хотелось бы поспать. Завтра нам привезут доски, хочу сделать в Медвежьем углу максимум из возможной работы, прежде чем мы отправимся в другое поместье.

— Тебе стоит поторопиться и придумать название для этого места, — он пошел придержать дверь кабинета.

Я разжал костлявые руки Грэга и поднял его на руки. Он что-то заворчал, думал, что проснется, но мальчик только вжался лицом мне в грудь и заснул крепче.

Не думал, что меня когда-то будут умилять подобные сцены.

— Знаю, что уже давно пора дать ему название, но не могу придумать ничего подходящего, — сказал, осторожно протискиваясь в дверной проем, чтобы не ударить Грэга о косяк. — Так что открыт для предложений.

— Ладно, тоже подумаю об этом, — Сет проводил нас до спальни мальчика, где я уложил его в постель и подоткнул одеяло, чтобы он не замерз ночью.

— Дядя Сет, да? — усмехнулся, когда сокол, вместо того чтобы забрать свой плащ, накрыл им ребенка поверх одеяла.

— Даже спорить не буду, — он пожал плечами и потер подбородок. — Он очаровал всех в этом доме.

— Прилипучий как пиявка, правда?

— Точно, — Сет стоял и смущенно рассматривал моего приемного сына. Наверняка у него в голове не укладывалось, как можно было так быстро привязаться к неуклюжему подростку, у которого задница — магнит для приключений. Мне были понятны его чувства.

— Добро пожаловать в клуб людей, которых Грэг Адамс подцепил на крючок с помощью своего чудовищного обаяния, — похлопал сокола по спине, давая понять, что он не один, и вывел его в коридор.

— Ты не понимаешь, мне ведь никогда особо не нравились дети, — не мог угомониться Сет. Он выглядел таким растерянным, как будто ему только что сказали, что Деда Мороза не существует.

— Я тоже так думал, друг, — рассмеялся и прикрыл дверь в спальню мальчика, чтобы он не проснулся от нашего хохота и болтовни.

И это было правильно.

Мадам Брайт запросто могла бы содрать с меня шкуру, если ее дорогой мальчик будет недостаточно быстро выздоравливать, еще и по нашей вине. И была бы права. Мы с этой эксцентричной женщиной были знакомы не так долго, но мне сразу стало понятно, что она очень серьезно относится к благополучию и заботе о своих пациентах.