И вдруг я ощутил эхо биения своего сердца. Слабое, едва различимое, но оно было! И становилось все сильнее, все увереннее, отдаваясь в мою грудь таким привычным стуком. Я и забыл, каково это, когда чужое сердце бьется в унисон с твоим.

На миг я перенесся в далекое прошлое, где я, девятилетний ребенок, разделил жизнь с той, кого полюбил с первого взгляда. Я не сумел защитить свою суженую, но милостивая судьба подарила мне еще один шанс. Анну.

Ослепленный ненавистью к ее роду, я не сразу понял, почему она стала столь дорога мне. Но теперь мои глаза открылись. Я любил ее. Моя ревность, мое нежелание ее отпускать — всего лишь симптомы того чувства, которое, я полагал, мне больше недоступно.

Я влюблен. А та, кого я люблю, ненавидит меня. И то, что она приняла предложенную мной жизнь, не значит ничего, потому что некоторые вещи невозможно простить.

Со стоном я опустил ее на землю и лег рядом, грея в своих объятиях. Все, что мне позволено. Потому что я сам все испортил.

Отпустить ее — самое сложное, что мне приходилось делать за всю мою жизнь. Я знал, стоит кольцу исчезнуть — и она вернется к тому человеку, что так по-доброму с ней обошелся. Я же останусь ни с чем. Но это только моя вина. Я больше не могу удерживать ее против воли. Достаточно и без того дал я ей поводов ненавидеть меня. Пусть будет счастлива, я знаю, он сумеет защитить ее.

Но мое сердце, вновь ожившее сердце, кровоточит. Я только-только попрощался с Анной, а уже нестерпимо скучаю. И каково же мое изумление, когда я вдруг вижу ее.

Беспечные, ее слова стыдят меня. Слишком погруженный в собственное горе, я совершенно эгоистично не подумал о ней. Даже напоследок не сумел о ней позаботиться. Я абсолютно никчемен, и глупая надежда, родившаяся при виде нее, что эта девушка простила меня и желает остаться со мной, умирает.

Мне ничего не жаль для нее, не раздумывая, я отдаю ей все, что имею. Я не желаю оскорбить ее, хотя и замечаю, что ее покоробил мой жест. А я всего лишь не хочу, чтобы она поняла, каким жалким и недалеким кажусь сам себе.

Я готов попрощаться с ней — навсегда — но ее короткие слова вгоняют меня в ужас. Анне угрожает опасность! Нет, я не переживу этого снова. Я должен защитить ее, я не смогу жить спокойно, зная, что ее жизнь под угрозой.

И я делаю то, чего не должен бы. Приглашаю ее в свой дом. Не спутницей — гостьей. Мне больно слышать о ее недоверии, но я знаю, что иного не заслужил. И, давая ей обещание, я полон решимости выполнить его. А где-то внутри меня вспыхивает чистая, незамутненная радость. Анна останется со мной! Я смогу видеть ее, когда пожелаю, смогу окружить заботой и вниманием, смогу показать ей, что я не такое уж и чудовище… И, быть может, у меня получится заставить ее забыть, каким монстром я был. Судьба милосердна; вдруг однажды Анна сумеет перестать меня ненавидеть. И тогда… может быть, тогда я сумею сделать ее счастливой.