— А у нас все такие, Виталий Егорович, — сказал Бажанян. — Наш полк безбашенный. Мамой вам клянусь!

— Маму не трогай! — погрозил пальцем полковник. — Всех подробностей сказать не могу, но сегодня мы охотились с вами на Ахмад Шаха. Кто-то прозвал его уже «Панджшерским Львом». А по мне, так он простой бандит, по которому пуля плачет. И он её получит. За каждого нашего пацана.

Через пару минут Виталий Егорович всё же отправился на самолёт и убыл в Кабул. Забрал он с собой и товарища Хрекова с делегацией. Пожалуй, это самая хорошая новость на сегодня.

Проезжая мимо медсанбата, я попросил притормозить, чтобы сойти. Хотелось попасть к Оле и спросить о состоянии командира. Время я выбрал не самое удачное.В самом пропускнике была только одна медсестра. Она уже вторые сутки дежурит и не может смениться. На вид этой слегка полной женщине с причёской каре было не более 35. Однако встретила она меня в плохом состоянии — слёзы, всхлипывания и дрожащие руки.

— Что случилось? — спросил я, подойдя ближе к её рабочему посту.

— Вы… вы… этого просто не… видели, — плакала она, капая себе успокоительное в стакан с водой.

— Что не видел?

— Их так много. Такие молодые! За что⁈ — при этих словах она выронила пузырёк, продолжая рыдать.

Похоже, пока мы общались с Павловым, начали привозить ребят из ущелья. Насмотрелась, наверное, женщина на израненные тела, отсутствие конечностей, кровь, слёзы.

— Попробуйте успокоиться, — сказал я, добавив ей в воду несколько капель, и предложил выпить.

Дрожащими руками, она всё же взяла снадобье и залпом опустошила стакан.

— Вы кого-то ищете? — спросила она, успокоившись. — Все в операционном тройнике.

— Искал старшего лейтенанта Вещевую, но, похоже, она занята.

— Очень занята, молодой человек. Там все заняты, — снова заплакала медсестра. — Идите отдыхать. Она нескоро придёт ещё.

Ночью не спалось. Всё прокручивал моменты сегодняшних вылетов. Не успел я осознать то, что меня должны были как-то «отметить» в плохую сторону в эпизоде с посадкой и разрушением пневматика. Шумно работающий в нашей комнате БК-1500, который рычал и гудел, добавлял мне бодрости в эту лунную ночь.

Решил, что надо попробовать попасть к Ольге. Не знаю, что-то тянет меня к ней. Сексуальное ли влечение или же это желание побыть с человеком, который становится тебе небезразличным? Вот пойду сейчас и узнаю.

— Серый, ты по делу? — шепнул Марик, повернувшийся ко мне.

— По очень важному делу, — сказал я, накидывая на себя рубашку.

— Ты погоди, — остановил он меня у самой двери, протягивая ребристый пузырёк с жидкостью янтарного цвета. — Смотри, чего приобрёл недавно у местных лётчиков. С города мне привезли. «Айсберг» называется, — сказал Марк, показывая, что я могу воспользоваться этим парфюмом.