Она очень осторожно коснулась кончиком ланцета лоскута, свисавшего вдоль черного рубца; лоскуток дернулся, Таня вскрикнула.

– Первый раз такое вижу, – заметила Таня, – Даш, в портфеле – инъектор и ампулы с тетракаином, в синем пластике, найдешь?

Даша не ответила; открыла саквояжик Жени, довольно старомодный на вид («с таким, наверно, Чехов к пациентам ходил», – невпопад подумала она), и достала оттуда похожий на пистолет инъектор и пачку с синими пластиковыми ампулами:

– Эти?

– Ага, – кивнула Женя, осторожно проходясь лезвием по краям раны, – сможешь зарядить инъектор? Ира, намочи кусочек марли теплой водой. Ассистировать мне будете.

– Лады, – согласилась Ира, направляясь в душ. – Хотя я крови боюсь.

– Кровотечения не будет, – пообещала Женя. – Тут ожог третьей степени, надо убрать обугленные куски… Ничего, Тань, мы тебя на ноги поставим. Так…

Она взяла у Даши заряженный шприц:

– Посмотри в саквояже антисептик – он в аэрозоле, красненький пульверизатор. Подашь потом. Ну, начнем, помолясь…

Анестетик, довольно сильный, кажется, на Таню почти не действовал. Пока Женя удаляла омертвелую ткань, та тихонько, почти неслышно постанывала, но когда та принялась срезать свисающие лоскуты, принялась орать в голос. А, главное – «струпья» под скальпелем вели себя вовсе не так, как полагалось порядочным кускам плоти – они словно убегали от лезвия, не давая поддеть их, чтобы отрезать.

– Даш, дай мне седатив, – приказала Женя, – серые ампулки с желтым верхом. Если сможешь – заряди в инъектор и дай. Потом за руки будете ее держать. Первый раз такое вижу…

– …а это еще что такое?

Жене все-таки удалось, после дозы седатива, и с помощью Даши и Иры, кое-как державших Таню за руки, срезать непослушный кусок плоти. Под ним открылось нечто странное. – Осколок? Откуда?

Женя поддела «осколок» скальпелем. Таня даже не закричала – заревела, но Женя продолжала свое дело: осторожно отделила кусочек от плоти, обнаружив, что он впился в тело Тани тремя отростками. – Похоже на какого-то паразита. Даш, подай мне… банку какую-нибудь.

Даша осмотрелась, и заметила стоящую на подоконнике… точнее сказать, на полке, располагавшейся там, где был бы подоконником, будь у базы окна… пустую потемневшую от времени жестянку. Она протянула ее Жене, но та банку не взяла, а ловким движением ланцета отправила туда странный осколок…

–Р-р эрету! – прокричала и Таня, и отрубилась, обмякнув всем телом. Ира побледнела.

– Что? – встревожилась Даша. – Это был…

– Шумерский, – на глаза Иры навернулись слезы. – Или эламитский, черт его разберет… но я поняла, что она сказала. Она нас проклинала.