— На Аммар дом — все. А я — Аммар в сердце, и вокруг мой дом много Смерть!

Рьё поколебался, но отказываться от желания прокатиться до Ювенда не захотел — дал понять, что поедет снаружи, так как считает, что обязан ответить добром за излечение внучки. Я в это утверждение не поверил, но возражать не стал — пожал плечами, посмотрел на Бестию, изображавшую статую за спиной Хельги, перевел взгляд на целительницу и «прочитал» ее пальцовку:

«Я закончила. Хочу в туалет. Мои действия?»

«Возвращайтесь в машину, откройте „зеркало“ в багажном отсеке и сгоняйте в Замок…» — в том же стиле ответил я, дождался подтверждающего кивка и сообщил Раннору, что сеанс исцеления закончен, соответственно, его внучка вот-вот придет в себя.

Он нехотя направился к ней, но по дороге во все глаза смотрел на моих женщин, двигавшихся навстречу. Более того, когда они прошли мимо, решил проводить из взглядом и чуть не свернул себе шею. Пришлось воспитывать:

— Рьё Лирм, на Аммар смотреть на чужой женщина много — поединок и Смерть. Сказал один раз и все.

Он задергался, заявил, что смотрел только из-за того, что с момента исцеления никак не мог переодеться в чистую одежду, так как в присутствии чужих женщин это невместно, а тут дождался такой возможности.

Я мысленно усмехнулся, повел рукой, предлагая начинать, и Раннор… направился к остову кареты. Вернее, к непонятной хрени на ее задней части, оказавшемуся здоровенным дорожным сундуком, окованным железными полосами и закрытым на амбарный замок!

«Получается, что артефактов спространственными карманами в этом мире либо нет, либо они очень дороги…» — мысленно отметил я, повернулся к аристократу спиной, затем заметил, что в его сторону рванули все условно здоровые вояки, и снова развернулся на месте.

Как выяснилось, рьё собирался выстроить их в одну шеренгу, чтобы прикрыться такой своеобразной ширмой. Я понимающе кивнул, добрался до машины, прислонился к бугелю, скрестил руки на груди и уставился в степь. За телодвижениями местных следил с помощьючувства леса , поэтому не удивился, услышав справа-сзади голос Лирма:

— Рьё Рат’и’Бор, а что у вас с нашими деньгами?

Я влез в карман, вытащил из него «добычу» и подкинул на ладони.

— Семь подков⁈ — недоверчиво спросил аристократ.

— Да. Разбойник слабый. Все! — усмехнулся я, затем сдвинул к локтю левый рукав, «ненароком» продемонстрировав мужчине стальной вороненый аналог их варианта кошелька, сдвинул в сторону крышку одной из ячеек и достал две золотые монеты с профилем деда, отлитых Ефремовым: — Есть наши. Хочу поменять. В Ювенде.