Стаскиваю штаны, и решительно шагаю к артефакту. Одним движением забрасываю на него ногу и тут же ложусь, как на медицинскую кушетку. Ожидал, что поверхность артефакта будет холодной, как стены пещеры. Однако все не так — мало того, что артефакт показался теплым, но еще…он был живым. Я почувствовал, как эта прямоугольная булыга вздрогнула, прогнулась под моей тяжестью! И мне не жестко лежать — это похоже на плотный матрас, который продавливается не более чем на сантиметр.

Ну что…поехали! Хмм…поехали, чего ты? Артефакт, давай! Ну?! Давай же, черт тебя подери! Давай!

И он «дал». Так дал, что я взвыл!

Вначале — яркий, очень яркий свет, такой яркий, что перед внутренним взором замелькали концентрические кольца, расходящиеся в разные стороны. Весь мир, все пространство в радужных кольцах! И следом жемчужный свет — приятный, успокаивающий…родной. Я откуда-то знал, что так и должно быть. Знал, что все идет как надо, что я на месте, я там, где мне обязательно нужно находиться!

Следом пришла боль. Болели корни, которые нещадно поджарили всепроникающим огнем, болели ветви, надрубленные стволы. Волны боли шли отовсюду, и это было похоже на то, как если бы я упал в костер, опалив кожу на спине, руках и ногах. Хотелось бежать и плюхнуться в ручей, чтобы стихла эта боль, чтобы я снова мог думать!

Хочу, чтобы эта боль исчезла! Прекратите! ААААА!

Я завопил, дергаясь, будто меня поджаривали на сковороде, и…чудо! Боль исчезла! И я вздохнул свободно. Теперь можно было смотреть по сторонам, и…

Я видел все. Видел людей, которые копошатся на земле, видел животных и птиц, которые сидят у меня на ветвях и пробегают под моей кроной. Видел под землей, ведь мои корни уходили на десятки метров вглубь! Я чувствовал запахи — приятные и неприятные, видел все, что происходило в домах, которые создал из моей плоти. Это было странно, и одновременно очень интересно — видеть всех сразу, как если бы на большом экране отображались тысячи, десятки тысяч маленьких экранов.

Мне стало смешно, я вдруг подумал о том, что было бы забавно показать ЭТО моим девчонкам. Соньке, например. Она бы посмеялась. Подумал, и тут же увидел Соньку, которая стояла под струей воды в одном из домов и задумчиво гладила бедро, подставляя его под холодную струйку. Подумалось — вода-то холодная! Как бы не простудилась девчонка! Теплую бы ей сделать! И видимо что-то такое я сделал, потому что Соня вдруг с недоверием посмотрела на льющуюся из отверстия воду, отошла чуть в сторону и недоверчиво потрогала струйку рукой. Потому улыбнулась, встала под струю и с улыбкой стала с наслаждением гладить грудь, смывая трудовые пот и пыль. Я тоже улыбнулся, мне ужасно захотелось ее погладить, приласкать, и …из стены выросло что-то вроде щупальца, которое медленно и осторожно приблизилось к попке девушки и…коснулось, погладило ее! И я ощутил гладкость, упругость мокрой кожи, почувствовал теплоту женского тела так, как если бы приложил ладонь!