Ох уж этот мир хищниц — не уследишь, тут же уведут мужчину! Лера сейчас готова была отлупить всех этих баб — так, чтобы они навсегда забыли, как на чужих мужиков заглядываться. А еще — ей ужасно хотелось схватить мужа, увести его в кусты, и…ее даже трясло от возбуждения.

Но — началось. По сигналу старосты. Он ударил в сковороду молотком, получилось что-то вроде гонга.

Бам-м-м!

И…ничего не произошло. Келлан как стоял, так и стоит, его соперник ухмыляясь, прохаживается перед ним — могучий, сияющий на солнце налитыми влажными плечами. Бык перед атакой, да и только.

Когда Герат бросился вперед — Лера упустила момент. Вот только что стоял на месте, потирая руки, и вот…уже бежит на противника, сжав пальцы в кулак размером с голову. А Келлан снова спит на месте, равнодушный и безжизненный! Ну как так?!

У Леры все внутри оборвалось, захотелось завопить, схватить камень и швырнуть навстречу этому мерзкому рыжему типу, который покушается на ее мужчину!

Она бы наверное так и сделала — но камня под ногами не нашлось. А пока искала камень, все переменилось. Лесоруб продолжал двигаться, но уже описывая в воздухе сложную линию — вверх ногами, а потом ногами вперед. Казалось, его запустили из огромной катапульты — вжжих! И полетел во вражескую крепость!

Приземлился на ноги, как кошка, и едва не задавил двух зрителей — хорошо, что соседи успели выдернуть их из-под «снаряда». Лера больше всего досадовала, что не видела, как этот тип был отправлен в полет. Вот что значит две секунды не смотреть за противником!

Лера даже расстроилась — в отличие от своих. мм…сестер? Как еще назвать наложниц мужа? Сестры, наверное…и неважно, что не родные. Ох, они и вопили!

Соня вопила: «Да! Да! Так его!». Фелна и Хельга не отставали, визжали и хохотали так, что уши закладывало. Даже бабушка позволила себе довольно улыбнуться и кивнуть своей прекрасной, аристократической головой. Вот никогда не подумаешь, что ей больше сотни лет! Или даже больше? Эта голова, это тело больше подходит женщине лет тридцати, не больше. А если еще ее и накрасить…

Герат теперь не улыбался. Нет, злобы не было, раздражения тоже — настороженность, внимание, и…опаска? Он опасается худого, как тростинка Келлана?! Лера даже хихикнула — ну надо же! Ее муж не только в постели силен, и не только своей могучей магией! Мужчина, настоящий мужчина!

Рраз! Ррраз! — кулаки Герата мелькнули в воздухе, чтобы…ударить в никуда. Келлан непостижимым образом успевал убраться с пути этих кулаков — лениво, обманчиво медленно, и даже, как показалось Лере — нарочито медленно. А потом Кел метнулся вперед, захватил руку Герата, которой тот пытался схватить его за шею, и одним движением шваркнул лесоруба о землю! А затем как-то хитро захватил его руку, вывернул, и в таком положении зажал, не давая Герату подняться. Тот пыхтел, ревел, ругался, но…было видно — двинется, и рука треснет в локте и сломается. И Герат сдался, громко признав победу.