— Предупреждать надо! Зараза! На выход, ага! — сдавленным голосом сказала бабушка, и сорвавшись с места помчалась в сторону импровизированного сортира поодаль от лагеря.

Этот самый сортир представлял собой ямку, выкопанную в земле и огражденную с трех сторон тканью. Когда караван снимается с места — ямку закапывают. И природе хорошо, и никакой антисанитарии. Нормальный военный порядок, испокон веков. Иначе стоянки караванщиков были бы напрочь загажены и непригодны к использованию, а не так много есть мест, где можно удобно встать на постой — напоить лошадей, отдохнуть, приготовить пищу. Кстати — костровища всегда тоже в одном и том же месте, и всегда в ямке. Культура путешествий здесь на довольно-таки высоком уровне..

— Подождем бабушку — с некоторым раскаянием в голосе предложил я, и легонько помотав головой с нахмуренными бровями пресек готовое вырваться ехидное замечание из уст довольной, сияющей Хельги. Ну вот никогда она не умела держать язык за зубами! Бабуля так-то женщина не мстительная, но только память у нее очень хорошая. Тем более сейчас, когда я очистил ее каналы магической энергии, и она снова вошла в силу. Глупо хихикать над архимагом, особенно, если этот архимаг — женщина давно перевалившая за столетний рубеж. А может и больше. Кстати сказать — бабуля так и отказалась мне сказать, который ей стукнул годочек.

Старая лекарка отсутствовала полчаса, не меньше. В конце получаса я отчетливо слышал, как она плескалась в ледяной воде ручья, возле которого мы, собственно, и остановились на ночлег, и совершенно отчетливо материлась. И самым пристойным высказыванием было: «Это демонское отродье, этот кусок говна мертвой кобылы!». Столетняя старушка собрала богатый арсенал разнообразных ругательств, и это понятно — опыт! Ну а я вдруг обнаружил, что мой слух усилился многократно. Вернее, так: если я хотел его усилить — усиливал настолько, насколько, наверное, слух собаки сильнее слуха человека. А может быть и еще сильнее. Это что-то связанное со стихиями, скорее всего со стихией воздуха — то есть я могу создать что-то вроде волнового тоннеля, в котором звуки к моим барабанным перепонкам будут доноситься так, как если бы я прильнул головой к источнику звука. Ну то есть мне прямо в ухо вопят. Не знаю, действует ли такое умение за какой-то преградой, но в прямой видимости работает великолепно. Проверил. На свою беду… Бабулю подслушивал.

Вновь возникшая перед собранием бабушка была так же спокойна, как и всегда. И как только она уселась на здоровенный камень, служивший импровизированным стулом, я продолжил с того места, с которого начал: