Я заметил на второй повозке, кроме извозчика, бодрого удалого офицера. Он спрыгнул и быстро приблизился.

— Ротмистр Вахрушев, в прошлом имел честь служить в Драгунском полку…

— На дорогах нынче не спокойно, с Астраханской губернии мужики бегут на Дон…– вздохнул купец.– По дороге грабят… без охраны нынче никак нельзя. В Чернославском мужичье совсем обезумело. Поместье сожгли, барина прямо на заборе повесили. Губернатор послал полк солдат, приказал из мужиков никого живьем не брать…

— У нас тишь да гладь,– сказал Прохор.– Мужик не то что грубое слово, даже никогда косо на барина не посмотрит. Смирехонькие у нас мужики, ладные…

Купец с опаской посмотрел на здоровенного Герасима, который как раз мыл бричку у амбара.

— Раз заехали — проходите, позавтракайте с нами…– предложил я.

— Разве только ненадолго, чайку…– задумался купец.– Пойдемте, ротмистр.

Он окликнул мужиков на козлах:

— Лошадей пока напоите, фетюхи…

Аглая уже принесла в беседку медный пыхтящий самовар, на столе томились свежие блины, баранки, горячие яблочные пироги, белые вазочки с медом…

— Хороша девка,– подмигнул мне ротмистр.

Аглая наполнила четыре бокала густым ароматным чаем, рядом поставила блюдечки с золотистой окаемкой и тут же удалилась.

— Что нынче в Царицыне? — поинтересовался Прохор.

— Город — сплошная стройка. Растянулся вдоль Волги почти на тридцать верст…– ответил купец.– Одних фабрик и мануфактур две дюжины наберется… три больших завода. По Волге лес сплавляют. В городе два военных полка стоит. Одно слово — Южный форпост.

— А что болтают, будет война с турком?

— Сначала в Молдову и Валахию зайдем,– твердо ответил ротмистр.– Турка тоже нужно пощипать, отомстить за православную веру…

— Сил-то хватит? — задумался Прохор.– Уж очень наш батюшка Николай миндальничет с Западом… особливо с Лондоном.

— Хватит,– заверил ротмистр, обильно обмазывая жирный блин медом.– В восемьсот двенадцатом по мостовым Парижа прошли, и до Лондона еще доберемся, попомните мое слово…

— В Париже народ чудной,– улыбнулся купец, отхлебывая чай из блюдечка. — Все ни как у людей. Лягушек отваривают и принимают как деликатес, будто варвары какие, а мода посмотрите — вся только из Парижа. Корсеты, юбки, чулочки, рюши… на любой вкус для взыскательной дамы… не хотите, барин, что-то для своей супружницы приобрести?

— Холостой я. В творческом поиске.

— Это правильно,– кивнул ротмистр.– Еще успеется аркан на шею надеть… да и зачем жениться, когда такой цветник рядом…

Он показал на Прасковью и Аглаю, которые стояли в сторонке.

Я решил сменить тему.