— Не больно, когда я давлю вот так?
— Нет. Только голова еще сильнее разболелась.
— Перелома ребер нет. Только сильный ушиб. И наверняка сотрясение мозга… — он внимательно заглянул в мои зрачки и выглянул в коридор:
— Аглашка, воды! И мой саквояж!
Через минуту в комнату вошла худенькая большеглазая девушка с кружкой и саквояжем. Фельдшер вытащил из саквояжа небольшой пакетик с порошком и размешал в кружке.
— Выпейте. И поспите немного, должно помочь. А если после сна голова так и будет болеть — тогда кровь пустим.
Он грозно посмотрел на девушку:
— Что стоишь, дура? Неси тазик с теплой водой, да хорошенько оботри барина!
Я выпил терпкое кисловатое содержимое. Несмотря на то, что фельдшер пьяненький, он почему-то внушал доверие.
— Мне, наверное, МРТ нужно сделать…– пробормотал я.
— Что, извините?
— Магнитно-резонансную томографию…
— Голова кружится? Провалы в памяти есть? Может галлюцинации?
— Доктор, я совершенно не понимаю куда попал…
— Завтра же напишу в участок на этого разбойника Кочубея. Давно уже по нему кандалы плачут… Надо же, какого интеллигента нам чуть не испортил… Рвать не тянет?
— Я у Матвея пол стакан сливовки выпил, чуть обратно не вышло.
— А вот это, батенька, очень зря. Крепче чаю пока ничего не рекомендую. Хотя бы неделю…
В комнату вошла девушка с тазиком.
— Что так долго ходишь, дура? — набросился фельдшер.– Раздень барина до пояса. Оботри лицо, грудь… как уснет — следи, глаз не спускай…
Девушка поставила тазик на табурете возле диванчика и помогла мне снять рубашку.
— Да ладно, не тяжелораненый…– пробормотал я.
Фельдшер кивнул и вышел.
Девушка старательно промокнула тряпицу, нежно обтерла мне щеки, шею и грудь.
— Тебя как зовут, красавица?
— Аглая. Из Березкина я, племянница Прохора Петровича. Барин, кто же вас так…
— Пустяки, до свадьбы заживет…
Девушка улыбнулась.
— Послушай, Аглая, а что тут вообще происходит?
Девушка насторожилась.
— А что не так-то, батюшка?
— Прямо девятнадцатый век какой-то…
— А какой же еще, барин…
Аглая нежно обтерла мои руки влажной тряпкой, а я и сам не заметил, как провалился в глубокий сон…
Глава 2
Коля Зима окликнул меня. Я вышел из гудящего швейного цеха в холодный коридор.
— Андрей, там тебя спрашивают.
— Кто спрашивает?
— По коридору до конца, крайняя дверь слева.
Я прошел мимо сидящего на стуле сержанта. Он покосился, но ни слова не сказал.
Насколько я знал, в дальней комнате лежали поломанные ящики и картонные коробки.
Дверь оказалась слегка приоткрыта. Я вошел и увидел незнакомого седого мужика в обычном пуховике. За его спиной стоял угрюмый малый с недоброй ухмылкой. Возле двери Груздь, верзила с длинными, почти до колен ручищами из третьего отряда.