— Мужики, я тоже шутить не буду. Пристрелю на месте…
Гаринские крепостные собрались и нехотя направились в сторону села, недовольно переговариваясь. Аким немного постоял, глядя на ерик, и тут же поплелся вслед за всеми.
— Барин, прихлопнули бы хоть одного для острастки…– весело хохотнул Герасим.
— Не смешно. Поехали лучше в поместье…
— Андрей Иванович, неужели и вправду стрельнули бы? — удивленно пробормотал староста.
— Не знаю… вздохнул я.– Но похоже, Гарин и вправду хочет войны…
Мой сосед совсем ополоумел, если вздумал ерик перекрывать. У него что, крыша поехала? Может еще приграничные столбы между поместьями поставит?
Придется сегодня же ехать и разбираться. Попробую убедить мудака с помощью дипломатии. Если не получится — тогда уже прибегнем к более серьезным аргументам…
Глава 13
Когда вернулись в поместье, я приказал Герасиму покормить и напоить лошадку, но бричку пока не распрягать. Староста Щукин ушел в село под большим впечатлением после разборок на ерике, да и у меня до сих пор руки тряслись. Я вполне осознавал, что такое неуправляемая толпа и каких бед она способна натворить…
Аглая уже накрывала стол в беседке. Прасковья улыбалась как майская роза и крутилась рядом, в том самом цветастом сарафанчике, что я ей купил. Я отозвал девку в сторонку:
— А где бабка Ефросинья?
— Только недавно вернулась, спит без задних ног.
— Куда ходила?
— В Антоновку, зачем — не докладывала.
— Пойдем-ка, Прасковья, поможешь мне…
Мы поднялись на второй этаж, в спальню. Я хотел чтобы Прасковья смазала подсохший рубец на плече, но девка все неправильно поняла. Как только я стянул сюртук и рубашку, она обняла меня сзади и прижалась упругой грудью.
— Я так соскучилась, Андрей Иванович… что это⁈
Прасковья удивленно посмотрела на повязку.
— Сними повязку и смажь рану.
Пока Прасковья помогала, я заметил небольшую дверную щель, сквозь которую осторожно подглядывала бабка Ефросинья. Старуха хмыкнула и тут же плотно прикрыла дверь.
— Андрей Иванович, это от пули или ножа?– тихо спросила Прасковья, накладывая свежую повязку.
— Веткой поцарапался.
— Выздоравливайте, мой дорогой Андрей Иванович!
— Ладно, пойдем обедать, я голоден как черт!
Девка сразу побледнела:
— Барин, не упоминайте нечистого вслух!
— А ты, значит, суеверная?
— Не знаю как у вас в Петербурге, но у нас к такому серьезно относятся. В прошлом году в селе один пришлый жил. К Семенихе похаживал. Парень непьющий, но одевался как нищета. Она ему то рубашку зашьет, то картуз. А однажды заметила, что у пришлого ботинок прохудился, сняла ему ботинок — а там мохнатое копыто. Семениха сразу подскочила, схватила с красного угла иконку Богородицы и к пришлому. Он выскочил как ошпаренный из избы… С тех пор его в селе больше никто не видел…