Вскоре приехал Василий и забрал сноху с нехитрым скарбом.
В одиночестве ужинать совсем не хотелось, и я позвал в беседку Герасима.
— Поужинай со мной.
— Так это… не пристало барину за столом с простым мужиком сидеть…
— Садись. Не спорь. Тем более я тебя так и не поблагодарил за помощь. Если бы ты не вмешался у Гарина — мне бы точно бока намяли…
Великан скромно присел на краешек стола и придвинул тарелку с супом.
— Дело нехорошее, когда мужики на господ нападают. Ведь Бог не просто так создал одних дворянами, а других крепостными…
— Поверь, Герасим, настанет время — все будут равны. Не будет господ и крепостных. У всех будут почти равные возможности…
— Только уже не в этой жизни…– мрачно вздохнул Герасим.
— У тебя как в семье?
— Неплохо. Правда, только два сына, и уродились худосочными, в жену. Старшему уже тринадцать, он даже соху не может от земли оторвать…
— Ничего, главное чтобы ребятишки росли здоровыми и умными…
Герасим усмехнулся.
— Я заметил, ты редко в село ходишь.
— А что мне… Агафья управляется и слава Богу…
— Слушай, Герасим, куда бы нам бабку Ефросинью сплавить?
Великан злобно ощерился, обнажив крепкие белые зубы, у меня даже мурашки по коже забегали.
— Барин, так если надо — бабка пойдет к реке и я ее того…
— Что того?
— С русалками познакомлю… знаю одно местечко, даже не всплывет…
Я чуть не подавился и закашлялся.
Герасим деликатно постучал меня по спине.
— Ты это брось, Герасим! Грех на душу брать. Пусть живет старушка, это я так, к слову сказал…
— Пусть живет…– пробубнил Герасим и сильно сжал в кулаке яблоко, выдавив в кружку немного сока.
Глава 16
Рано утром меня разбудил собачий лай и громкие голоса. Я вышел во двор и увидел повозку за воротами. Староста Щукин поздоровался и показал на телегу. На ворохе сена сидели два мужика из села и третий, незнакомый, связанный веревкой и с разбитым до крови лицом.
— Барин, ночью гаринского мужика поймали. Хотел дом Герасима поджечь.
— Вы пока Герасиму не говорите, — сказал я.– Как тебя зовут, бедолага?
— Митяй. Митяй Трошкин.
— Зачем ты хотел дом поджечь?
Мужик печально вздохнул. Я посмотрел на его разбитую бровь и распухший нос. Похоже, мужики уже неплохо над ним поработали.
— Меня Гарин послал. Дал десять рублей. К тому же Герасим моему брату ребра переломал, когда вы в нашу усадьбу наведывались…
— Что же мне с тобой делать?
Герасим осторожно выглянул из калитки.
— Иди во двор, — приказал я.– Все нормально…
— Этого дурака высечь бы как следует!– нахмурился Щукин.
— Мужики, пока тащите его в сарай…
Пленника подхватили и быстро заволокли в сарай.