Но это оказались Верещагин и… граф Мышкин.

— Не хотели вас будить, Ваше Благородие, — почтительно поклонился он, — но на нас нападают османы.

— Ну так убейте их, — попытался я перевернуться на другой бок.

— Дубов, это не просто разведка боем, — произнёс Верещагин, и его голос был предельно серьёзен.

— Ладно-ладно, встаю.

Глаза Мышкина расширились от удивления, а губы прошептали:

— Чё? Такие бывают, что ли?

Ну да, спал я, как обычно, голым.

— Господин Дубов, как ваш верный вассал, рекомендую вам надеть штаны, — не удержался от подколки Верещагин и увернулся от моего леща.

Засранец. Но штаны я всё-таки надел.

Оказывается, успело наступить раннее утро. В кристально чистом воздухе на фоне синего неба к нам плыла огромная махина османского дирижабля. Не тяжёлого армейского, но количество орудий всё равно впечатляло.

— Мда… — протянул я и почесал голову. — Ну, сбейте его, что ли? Они явно не доброго утра нам пожелать спешат.

Подтверждая мои слова, на стволах пушек дирижабля вспухли огненные цветки, а через считаные мгновения в стены и дома ударили снаряды. Земля вздыбилась, стены задрожали, но выдержали удар. У пары домов повредило крыши. Но лишних людей на поверхности не было. Только те, кто мог отразить атаку, включая моих девушек, поручика и Павла. Ну и Верещагин с Мышкиным, конечно. Последний всё странно косился на меня. Хотя да… нам надо будет поговорить ещё насчёт него и его Инсекта.

Кстати, об Инсекте! Я с лёгкостью вошёл в своей, сделав тело привычно дубовым. И это было чертовски приятно.

А затем наши орудия открыли ответный огонь, так как дирижабль вошёл в зону поражения.

Видимо, османы не ожидали, что нам есть чем ответить, поэтому не успели развернуться и отступить. Наши зенитчики, а также копья Лакроссы и сферы Лизы превратили дирижабль в пылающий остов. Вскоре он рухнул на лес, а мы отправились добивать раненых.

К общему удивлению, далеко не все османы погибли! Пожалуй, даже больше половины выжили! Потому что были из элитных золотых янычар, которые дали нам прикурить. Всё-таки в золотые янычары набирали самых сильных воинов Османской Империи. И платили им хорошо, поэтому они никогда не сдавались в плен и сражались до последнего.

Так вышло и сейчас. Мы зажали их в небольшой лощине в лесу, за пределами дубравы, поэтому на помощь корней рассчитывать не приходилось. Постепенно, одного за другим мы убили их. Сами пострадали. Из меня торчало несколько копий, морду Волкодава-Маститова украшали новые кровавые раны. Если бы не Альфачик с Гошей и Митой, нам пришлось бы тяжелее.