— Нет.

— Свернёте голову ради забавы?

— И не подумаю.

— Уж наверняка распотрошите на компоненты?

— У меня уже куча компонентов в инвентаре, важнее найти, куда их применить.

— Хм, — обречённость на лице птица сменилась озадаченностью. — Что, даже не ограбите?

— А у вас принято спасать других только для того, чтобы потом сделать с ними что-нибудь непотребное? — не выдержал я.

— У нас не принято спасать, — грустно развёл крыльями птиц. — Мы, птюрсы, фаталистичные существа: умерла так умерла, получилось как получилось… Великодушный незнакомец, если вы позаботились обо мне без всякой задней мысли, то, во-первых, громадное вам спасибо. Во-вторых, ну надо же. А, в-третьих, возможно, вы согласитесь довершить доброе дело и помочь мне блистательно провалить ещё один важный квест?

Он смотрел на меня со смирением, потухшим взглядом абсолютного пессимиста, который давно смирился с поражением и принял то, как жизнь пинает его и топчет. У меня это вызвало сильный внутренний протест.

— Что же у вас за планета такая?

— Да как все. Небесное тело, которое вечно бежит от судьбы по замкнутому кругу в плену убийственно пылающей звезды, и, несмотря на все старания, заранее обречена на гибель. Разве ваша планета другая?

— Хочу надеяться, что да.

— Ладно, я птюрс с планеты Фату́м. Только её больше нет.

А вот это интересно. Получить в своё распоряжение благодарного и словоохотливого представителя цивилизации, которую поглотила Башня — может быть очень полезно. Всегда стоит учиться на чужих ошибках, вызнать у него что-то, что поможет сохранить Землю.

— Для начала давай познакомимся. Меня зовут Яр, человек с планеты Земля, последнего мира, куда пришла Башня. Пытаюсь идти по этажам, пока получается. А ты?

— Экс-император последней Фату́мской династии, Птюч IV Неудачливый, к вашим услугам.

Он учтиво развёл крыльями и с достоинством кивнул.

Не то чтобы это стало грандиозным сюрпризом, бриллиантовая корона как бы намекала на подобное. Но всё же встретить высочайшего инопланетного аристократа, который вылупился из туманной жабы — было слегка необычно.

— Мне уже начинать кланяться?

— Нет, что вы, — смутился Птюч. — Дни моего величия канули в бездну вместе с империей. Теперь я никчемный драный клювокур, недостойный даже титула экса.

— И очень самокритичный.

— Так есть за что! Я профукал всё, что у нас было. Сначала планету, потом свой гонимый и обездоленный народ, после приближённых, и под конец даже личную свиту. В итоге меня съела жаба. Достойный конец для такого неудачника.

Он напоминал меланхолика ровно посередине депрессии, привыкшего к безнадёжному состоянию вещей.