Все это говорит мне о том, что Эвмен прекрасно разбирается в тонкостях вооружения всадника. Знает как преимущества, так и недостатки конницы и умеет правильно использовать ее в бою.

Вижу, как он молча едет вдоль строя, рассматривая моих всадников, и читаю на его лице не только искренний интерес, но и с трудом сдерживаемые вопросы. Проявлять излишнее любопытство и спрашивать у пятнадцатилетнего парня ему не позволяет статус. Он — опытный полководец, командующий армией царя, а кто я?

Так старательно скрываемый интерес Эвмена понятен: ведь вооружение моих конных стрелков сильно отличается от вооружения его охраны, да и всей греко-македонской конницы.

Обернувшись, окидываю взглядом телохранителей грека.

Броня и оружие — в полном соответствии с традициями гетайров (тяжеловооруженной конницы) Великого Александра. На голове каждого из них — беотийский шлем из кованой бронзы. Грудь и спину защищает рельефный бронзовый панцирь с выдавленным рисунком мышц груди и пресса. Застегивающиеся спереди наплечники панциря довольно узкие и полностью не закрывают плечи и верхнюю часть рук. Защитные кожаные ремни-птеруги спускаются на бедрах, как разрезанная на десятки полос юбка. Нижняя часть ног до колен прикрыта поножами, а наручи защищают руки до локтя. Короткий меч, больше подходящий пехотинцу для боя в плотном строю, чем всаднику. Большой круглый щит, на мой взгляд, слишком большой и неудобный. И, наконец, основное оружие атаки — длинное копье-сариса.

Всё это вооружение очень дорогое, потому тяжелая конница в македонской армии состоит либо из аристократии, способной потянуть такие расходы, либо из наемников, коих полководец вооружает за свой счет. Вся остальная кавалерия — это по большей части племенная наемная конница, вооруженная кто во что горазд и используемая лишь для преследования противника.

Все пять сотен моей конницы вооружены иначе, и это сразу же бросилось в глаза Эвмену. Во-первых, панцирь! Он состоит из стёганой льняной многослойной куртки с наклёпанными на груди и спине бронзовыми пластинами. Такой композитный доспех уступит цельнокованому панцирю в случае прямого копейного удара, но зато намного дешевле и проще в производстве. Ещё он легче и не так сковывает движения, что для лучника крайне важно.

Шлем тоже отличается. Он без всяких дорогостоящих прибамбасов и состоит из двух кованых половинок. Эти две части скреплены ободом по окружности и гребнем по верхнему сварному шву. Гребень намного ниже привычных грекам коринфских или фригийских шлемов, но достаточно мощный, чтобы выдержать удар меча. Такую конструкцию я выбрал исключительно из-за простоты производства, ведь всё вооружение требовалось изготовить всего лишь за год. По меркам нынешнего производства — это сверхрекордные сроки.