Я снова поднял голову и посмотрел на элитную ложу, на сидящего в коляске старика, продолжая:

— Да и люди никому не принадлежат, кроме самих себя.

Он, услышав эту фразу, и так не сводил с меня взгляда, а теперь буквально впился им в мою маску. В его глазах скользнуло то самое мгновенное понимание: «что-то не так», и откуда я знаю эти слова. Видимо, пытается понять, кто же я такой.

Люди на элитных местах зашевелились, что-то обсуждая. Шелест дорогих тканей, приглушённые смешки, тихие фразы, произнесённые вполголоса, — всё это сливалось в плотный фон над ареной. Похоже, готовятся к зрелищу. И правильно. Зрелище — это именно то, что и мне сейчас нужно.

— Согласно законам нашей империи? — скептически переспросил святой. Пространство дрогнуло, и он телепортировался, появляясь перед своими учениками. В воздухе на короткое мгновение остался тонкий след силы — демонстрация статуса для тех, кто понимает. Он заложил руки за спину и начал ходить взад-вперёд. — А вы смелый, молодой человек, раз говорите это с маской на лице. Как насчёт того, чтобы её снять? Или вам есть чего опасаться?

— Мне? — я улыбнулся под маской. — Поверьте, если я сниму маску, опасаться придётся не мне, а вам. Она защищает не мою личность, а обеспечивает вашу безопасность.

Фраза, сказанная ровно и без нажима, прошла по трибунам, как тонкий треск по льду. Кто-то хмыкнул, решив, что это позёрство, но несколько человек наверху на миг перестали усмехаться и чуть подались вперёд, всматриваясь в меня внимательнее. Опыт наверняка подсказывал им, что так не говорят те, кому нечего за собой иметь.

Старик замер и остановился, уставившись в мою маску уже без показной лёгкости. В его взгляде промелькнул краткий, почти неуловимый расчёт — привычка того, кто всегда прикидывает цену ошибки. Но он видит по энергии жизни лишь мой примерный возраст — не более. То есть по его логике я не могу быть рангом выше новы пять, каким бы гением не был.

— Угрожать империи? Не самое разумное решение, — в голосе появилась сталь. — Прикрываться какой-то надуманной важностью своей персоны — тем более. Более того, ты вмешался в экзамен и теперь оскорбляешь наших будущих рыцарей. Раз ты такой смелый, чтобы это сделать, но не снять маску, может, продемонстрируешь нам свою силу?

Он пытается загнать меня в рамки. Угроза — значит нужно доказать свою силу.

Хитёр. Очень хитёр. Ведь я скрыл свой ранг. И чем больше он не может прикинуть мой уровень, тем сильнее его раздражает сама необходимость считаться с неизвестным.

— Директор, — вперёд, всё также держа меня за руку, вышла Яна. Её пальцы крепко сомкнулись на моей ладони, но в этом не было попытки удержать меня — скорее, желание решить всё миром. — Это и в правду мой муж. Я благодарна вам за всё, что вы для меня сделали, и не хочу с вами ссориться. Прошу вас, давайте всё обсудим. Я уверена, что мы придём к общему решению и сможем всё решить.