— Не смей его так называть! — холодно произнесла девушка. — Вы потеряли это право, когда совершили свою глупость. Мне нет дела до того, насколько религиозно вы в него верите и видите в нём почти бога. Но я не позволю вам вести себя так, словно ничего не произошло.

Она выдержала паузу и продолжила уже тише, но от этого ещё жёстче:

— Когда-то Шель доказал вам своё право называться так. Теперь же, если вы и вправду когда-нибудь захотите вновь произносить этот титул при обращении к нему, именно вы должны будете доказать, что имеете на это право. Иначе… — угроза от неё стала почти осязаемой, — не смейте даже упоминать это слово рядом с ним. Не смейте снова сковывать его цепями веры в вашу расу. У него и без вас проблем хватает.

На этот раз Этараксиец не спорил. Только опустил взгляд, признавая правоту девушки.

— Слушай меня внимательно, — продолжила Кларисса. — Ордену совсем не нравится соседство с потенциальной угрозой в вашем лице. Кто знает, когда Империя снова решит прийти за вами? Поэтому сидите тихо и не создавайте проблем.

Девушка вдруг усмехнулась.

— Впрочем, он и эту проблему решил за вас, договорившись с Орденом, чтобы мы обеспечили вашу защиту и убрали угрозу со стороны Империи хотя бы на время. Снова берёт на себя ваши проблемы, всё ещё веря в каждого из вас. За что я его, честно говоря, порой ненавижу. Всё ему на месте не сидится, дай спасти очередную жалкую душонку…

Ошарашенный Этараксиец хотел что-то возразить, но Кларисса вновь резко перебила его взмахом руки. По космосу к нему полетел небольшой черный контейнер.

— Здесь модуль для связи лично со мной. Мы отправляемся спасать ваших соплеменников. Если хотите в этом поучаствовать — свяжитесь со мной.

Она уже развернулась, давая понять, что разговор окончен, но всё же замерла и напоследок произнесла:

— Я не говорю вам нарушать приказы вашей королевы. Я лишь, как и он, напоминаю, что она не Ваартирия. Вы не можете просто взять и свалить на неё все свои беды.

В следующий миг Кларисса телепортировалась.

Уже сидя в своём корабле, она некоторое время молчала, глядя вперёд.

Какими бы резкими ни были её слова, девушка не считала Этараксийцев слабым народом. Наоборот. Очень сильным. Даже слишком. И именно поэтому Сарнойл захотел избавиться от них. Потому что прекрасно понимал одну простую вещь: когда Шель вырвется из тюрьмы Ничто, за ним может пойти сила, способная однажды смести трон.

Даже сейчас, сломленные, пережившие войну, потерю королевы, плен, предательство и бойню, Этараксийцы всё равно не сдаются. Продолжают бороться там, где многие другие народы давно бы рухнули на колени.