меня получается разозлиться, я даже пытаюсь убрать его руку. Но он сильнее, настойчивее, к тому же с каждым движением его пальцев желание разгорается всё больше. Разворачивает меня к себе спиной, укладывает на столешницу. Обманчиво нежно ласкает пальцами ягодицы, массирует их, гладит. Я схожу с ума от этих прикосновений. Ноги дрожат от слабости, тело стонет от нетерпения. Ёрзаю, скользя голой грудью по холодной поверхности, умирая от боли ожидания. Это невыносимо! Резко входит одним уверенным толчком, заполняя собой. Прикусываю пальцы, чтобы не кричать в голос. Кончаю мгновенно. Амир даже не успевает сделать несколько поступательных движений, как меня скручивает оргазм. – Вот так, моя девочка. Какая же ты горячая! Ускоряясь, он делает мне больно, ударяя бёдрами о твёрдую поверхность стола. Несколько раз жалобно вскрикиваю. Тогда он выходит, разворачивает меня и сажает на стол верхом. – Обхвати ножками. Да, так. – Его глаза кажутся чёрными, лихорадочно блестят. Толчок, ещё, и ещё. Впивается в мой рот, исследует его языком, повторяя движения тела. Затем отстраняется, смотрит в глаза. С каждым выпадом его мышцы всё больше каменеют, по телу пробегают короткие сокращения. Он на грани. А я уже давно лечу с обрыва. – Я люблю тебя. – Выдыхаю ему в рот. Амир рычит, стонет, как настоящий зверь. Кончает в меня, не в силах прерваться, остановить это безумное, сокрушительное единение тел и душ. Целует в ответ, но ничего не говорит. Это молчание оставляет неприятный осадок, но я стараюсь сейчас не думать об этом. После душа Амир спешно одевается: – Я бы очень хотел остаться, но сегодня не могу. Меня ждут. Растерянно стою посреди комнаты, укутанная в мягкий тёплый халат, и не могу согреться. Молча смотрю, как он собирается. У двери целует в губы, заглядывает в глаза: «Помни, что я сказал». Когда уходит, чувствую странное желание побежать за ним. Дурное предчувствие скручивает желудок в узел. К чему эти прощальные напутствия? И этот странный, долгий взгляд? Подхожу к окну, смотрю, как он садится в машину. Секунда, вторая. Оглушительный хлопок и огненное зарево. В окне задрожали стекла. От столба чёрного дыма в комнате появился резкий запах палёной резины. Несколько минут стою, не шелохнувшись, тупо глядя на горящую машину, в которую только что сел Амир. Отказываюсь верить своим глазам. Не могу вдохнуть – грудь будто сдавило железным обручем. Нет. Нет. Нет. Разворачиваюсь и бегу. Спотыкаюсь о полы длинного халата. Поднимаюсь и снова бегу. Лифт не реагирует, жму кнопку вызова