–Ты будешь самой красивой невестой, – говорит Мира в последний вечер.

Я стою перед огромным зеркалом и смотрю на свое отражение. Копна рыжих волос собрана в затейливую прическу. Куда подевался румянец на щеках? И где моя задорная улыбка? Куда делась та беззаботная веселая девушка? На меня пустым взглядом смотрит прекрасная незнакомка. Сердце бьется с бешеной скоростью, кажется, оно не выдержит и разорвется на тысячи кусочков. Страх окутывает меня своими щупальцами, забирается под кожу, проникает в самую душу. Так не должно быть. Только не со мной.

– Госпожа, – служанка отвлекает меня от тягостных мыслей, – пора одеваться, скоро церемония. Помогает надеть белое платье, затягивает корсет, поправляет фату, ее руки дрожат, но она улыбается мне. – Вы прелестны, госпожа.

Я киваю и выхожу из своих покоев.

У двери меня ждет отец. Целует нежно в лоб, кладет мою руку себе на локоть и ведет к жениху. Алтарь. Не могу туда смотреть. Там стоит он, мой жених. Когда–то статная фигура уже изрядно заплыла жирком. Я думала, что он совсем дряхлый старик, но он ненамного старше отца. На вид ему чуть за пятьдесят. Его лицо еще сохранило остатки былой красоты. Он тяжело опирается на трость из черного дерева. Но это из-за травмы ноги. Не отрывает от меня свой взгляд. Смотрит пристально, с такой похотью, что меня невольно прошибает холодный пот. Боже, помоги мне…

Я ищу глазами Миру. Она стоит в толпе гостей, сжимает руки в замок и шевелит губами. Она молится.

Ищу Кейдана. Его нет. Сердце ухает вниз.

Церемония прошла быстро. Я изо всех сил удерживаю слезы, заплетающимся языком говорю: «да». Не успеваю оглянуться, на моем пальце уже сверкает золотое кольцо. Все. Я герцогиня. Я его жена.

На пиру сижу как деревянная, не могу проглотить ни одного кусочка. Гости по очереди дарят нам подарки, славят молодых, веселятся. Снова ищу глазами Кейдана. Его нигде не видно. Почему его нет? Почему он опаздывает? Он обещал помочь. Ни его, ни подарка. Безысходность и отчаяние накрывают меня с головой. Сквозь какую-то пелену слышу крики – Горько! Горько! Горько!

Нет, нет, нет. Я не хочу, не могу, нет. А они все кричат и кричат, с каждым разом все громче и громче. С трудом встаю и поворачиваюсь к мужу лицом. Герцог тянется ко мне своим слюнявым ртом, впивается в мои губы своими, холодными и жесткими. Из его рта плохо пахнет, и я едва сдерживаю рвотный позыв. Резко, со стуком, распахивается дверь, и входит Кей. Наконец–то, и как вовремя. Сажусь на место, инстинктивно отодвигаюсь от герцога подальше. Смотрю на брата с надеждой.