Упав на задницу, Коллинз засучил руками и ногами, разрывая дистанцию. Кое-как поднявшись, он подскочил к не до конца очухавшемуся оппоненту и быстро заработал кулаками, пользуясь тем, что тот никак не мог встать с газона. Удар в скулу, ещё по челюсти, в нос!.. Что-то хрустнуло и цветастую рубашку начало заливать кровью, выплеснувшейся из разбитого носа! Готов, нокаут!

С разных сторон площадки раздавались стоны, кто-то заунывно выл, но большая часть «бойцов» лежала в отрубе, лишь пара человек вяло шевелилась, потихоньку приходя в себя.

Теперь на ногах оставались только Джеймс и последний из «рубашечников», другой где-то потерялся, присоединившись к прочим павшим в бессмысленной и беспощадной бойне, причины которой Джеймсу неизвестны. Но для хорошей драки причины и не нужны — достаточно повода.

Соперником оказался тот самый мордоворот, что обратил на себя внимание ещё при первом знакомстве — именно он отпускал оскорбительные шуточки, теперь Коллинз был в этом уверен.

Мужик он здоровый, ростом метра под два и весом явно за сто кило. Даже стало немного неуютно, Джеймс засомневался, что вывезет такое, но альтернативы не было. Или он уделает этого муд@%а, или его самого скоро будут пинать ногами по разным, таким дорогим ему, частям тела. Возможно даже по яйцам, чего допустить он не мог.

Кулак мордоворота прилетел Джеймсу в лицо так резко, что он даже не успел заметить момент удара. В последний момент он успел, кивком, подставить под удар лоб — и вместо того, чтобы упасть без сознания с разбитым носом лишь услышал сдавленный крик противника, а левый глаз стало заливать кровью. То ли лоб, то ли бровь — сейчас и не понять — чем-то рассекло. Скорее всего перстнем-печаткой, красовавшимся на правой руке мужика.

— Сдохни, сын шл@%и! Е& #*ть! — здоровяку было больно, но вряд ли больнее, чем Джеймсу. В голове молодого человека искрящие неземным светом звёздочки водили свои замысловатые хороводы, и он постарался разорвать дистанцию, чтобы немного перевести дух. Не тут-то было! Мордоворот заработал своими кулаками и отступать пришлось, принимая удары на поднятые руки.

В голове зазвенело ещё сильнее — это прилетело в ухо — а дыхание сбило из-за пропущенного удара под дых. Джеймс откровенно поплыл и инстинктивно опустил руки, прикрывая сведённый болью живот. Последствия не заставили себя ждать, кулак здоровяка прилетел прямо под правый глаз, а секунду спустя Джеймсу показалось, что он научился летать…

Ощущение свободного падения было грубо прервано ударом о каменной твёрдости газон, а потом кто-то — кто бы это, твою мать, мог быть! — принялся охаживать его ногами по рёбрам. Сжавшись в комок, Коллинз прикрыл от ударов голову руками, а согнутые в коленях ноги подтянул, чтобы защитить живот и самое дорогое — что пониже живота.