Из схрона сегодня достал лишь метательные ножи. Сейчас мне важнее свободные руки — тяжёлого оружия хватает и у моих спутников. Но остановку на Журавлиных островках устроил ради другого. И дело даже не в небольшой передышке. Пора Ящерке освобождать верёвку и делиться сокрытыми внутри себя ценностями.

— У меня тут на разминку один панцирник заготовлен, — как бы между прочим сообщил я Вепрю. — Не подсобите с убийством?

— Не, долго ловить, — отмахнулся охотник. — Может, на обратном пути. Если, конечно, напасть не надумает. Тогда да — придётся подсобить. Чего про такую помеху молчал? Предупреждать надо. Панцирник — это серьёзно.

— Да не, — замотал я головой. — Ты меня не понял, дядя Вепрь. Ловить не надо. Пойман уже. Просто у меня сил не хватает прикончить.

— Возьмусь подсобить, — опередил всех Бочка. — Большой панцирник?

— Сажени две с половиной.

— Некрупный, — расстроенно скривился охотник. — Половина всего, что в сердце отыщем моя, половина тебе.

— Идёт, — поспешил согласиться я. — Тушка только чур тоже мне.

— Да ради Единого, — не стал торговаться Бочка. — Там со шкурой больше возни. Замаешься пилить, обдирать. Показывай где.

— Только быстро там, — буркнул Вепрь.

Удивительно, но остальные трое богатырей даже не последовали за нами на соседний островок, где на привязи сидел ящер. Настолько не впечатлили размеры, что совершенно не переживают за друга? А что, если Андеру понадобится помощь?

Но все эти мысли сразу отпали, когда я увидел одного из лучших охотников Муна в деле. Бочка просто увернулся от броска зверя и с короткого размаха всадил одну из своих секир в лоб ящера на пару вершков. Этого хватило с запасом. Казавшийся мне ещё минуту назад опаснейшим чудищем хищник, отплясав танец смерти, издох, и Андер достал из-за пояса пилку с острым ножевым кончиком.

Без особых проблем перевернув панцирника кверху брюхом, Бочка вогнал своё разделочное орудие в шкуру ящера у основания нижней челюсти.

— Постараюсь сильно не попортить.

— Да порть. Мне не шкура нужна. В брюхо заглянуть надо.

— Как знаешь. Тушка твоя. Но на будущее имей ввиду, шкура у панцирника самое ценное.

Андер пилящими движениями прошёлся по всему подбрюшью чудовища, остановившись только возле основания хвоста.

— Ох и вонища. В пузе сам ковыряйся. Я только сердце достану.

Бочка, закатив и без того короткие рукава, полез внутрь туши.

— Сейчас, сейчас… Вот здесь только подрежем. И здесь… Готово!

Окровавленными по локоть руками Андер вытянул здоровенное сердце. Но не стоит смотреть на размер. У большого зверя и сердце большое. Горстями бобы собирать мы не будем. Пока он шинкует, слажу в брюхо. Потом уже может быть слишком поздно. Падальщики внутренности первым делом растянут. Те же птицы налетят, расклюют вместе с моими монетами.