Он мог бы соврать, что издалека увидел, как шестилап напал на девочек и удрал. А потом от страха просидел всю ночь на какой-нибудь иве возле болота. Но, вдруг, ночью будет проводиться облава, и охотники в том числе прочешут берега топи? Это отсюда такие поиски будут не видны, не слышны, а, сидя на гипотетическом дереве, сложно было бы не заметить своих. Такую нехитрую логическую цепочку рассуждений Китар вполне способен провести. Да и настроение у него завтра будет не то, чтобы вернуться. И потому…
Отчего-то во мне зреет уверенность, что сражение охотников с хозяином леса отголоском заденет и парня. Опасно. Но, чем скорее у меня появится ещё один шанс получить управление, тем лучше. Пока же продолжаю заниматься энерго-каркасом. Третий узел почти завершён.
Завтра будет очередной сложный день.
Глава третья Когда размер имеет значение
— Ты уверен?
— Уверен. Не хочу я пока возвращаться. Дождусь, когда вы с хозяином леса закончите, и потом уже… Своих я предупредил, а остальные пусть думают, что меня шестилап сцапал. Так будет проще, чем объяснять, где я ночь провёл.
— Ну, как знаешь, — пожал Вепрь плечами. — Дело твоё. Только сразу предупреждаю: нянькаться с тобой мы не будем. Хочешь, тут оставайся, хочешь с нами плыви, но учти, дальше берега всё равно не пущу.
— Будешь только под ногами мешаться, — беззлобно объяснил Андер. — Без обид, малый.
— Да я понимаю.
Утро только-только обозначило свой приход тусклым светом, а охотники уже успели собраться. И я тоже. Сидеть на Журавлиных островках целый день одному не хотелось. Уж лучше поплыву с ними к Дикой земле, поторчу там, поохраняю ползанки, послушаю, о чём говорить будут. Они ведь не сразу пойдут на хозяина. Сначала Клещ снова сгоняет один. Мы ведь так и не знаем, какой у кабана дар.
Решение принял ещё вчера вечером, когда, слушая рассказы Чопаря с Бочкой — эти двое у них не прочь поболтать — про интересные случаи, что им довелось пережить на охоте, я понял, что готов бегать хвостиком за этими богатырями, сколько они меня вытерпят. Оказывается, Могучая кучка уже дважды сражалась с хозяевами леса. Не на Муне, на континенте, как охотники называли Большую землю.
Они ведь и познакомились даже, когда Вепрь, вызнавший местоположение логова Тысячелетнего волка, набирал в ватагу людей для похода за ним. Из двадцати человек тогда выжило четверо. Собственно, Хайдар, которого в ту пору ещё никто не звал Вепрем, на свою половинную долю от выручки и открыл свой трактир.
Было то давно. На своего второго хозяина леса заматеревшие, набравшие троероста и опыта охотники через десять лет шли уже вчетвером. И, что главное, в том же числе и вернулись с победой. Обращённая в чучело голова Зубра-Прародителя — поверженным хозяевам леса было принято давать красивые прозвища — вроде как и по сей день пугает своими размерами знатных гостей в каминном зале какого-то имперского богача, вывалившего за трофей немалые деньги.