Такого жеребёнка отловленного, говорят, даже если в неволе вырастить, тот всё равно останется зверем. Только дорого это и сложно выходит. Табунов диких мало. Не всякий знатный может себе такого позволить. Да и, чем старее становится зверь, тем опаснее на нём ездить. В любой миг может зов предков услышать, взбрыкнуть и хозяина своего затоптать.
Окромя рюкзаков, с притороченными поверху свёртками спальных лежанок, каждому тащить то оружие, что в поход для себя подобрал. Тут по-разному выбрали. Общего: только копья, что тоже у всех различаются, и лук, либо арбалет обязательно у всякого есть. Дальше, кто во что горазд — кистени, топоры, клевцы, палицы, секиры, кинжалы, ножи… Даже меч у одного мужика на боку — на кой взял на охоту, только Небу известно.
Впрочем, я тоже чудак ещё тот — и метательные ножи тащу, и топорик, что так же швырять собираюсь. Нет пока веры в обновку. Самострел перерос я — нет больше пользы особой для нового сильного меня в тех штырях, что на пару саженей всего худо-бедно бьют точно. Халашу отдал. А себе купил лук.
И не простой, а усиленный костяными накладками. Небольшой, под мой рост, но бьёт сильно. Работа какого-то имперского мастера. Буду по ходу учиться стрелять из него. По-другому никак. Айк, что меня и подбил вывалить за оружие, какому и Линг позавидует, без малого четыре десятка серебряных, обещал с этим делом помочь. Правда, стрел всего лишь десяток к нему. Слишком толстый колчан на спине рядом с рюкзаком не помещался нормально, а удобство в долгом походе — важнее всего.
До самых холодов собираемся на большой земле промышлять. В Град теперь аж через месяц вернёмся. Богатыми. И живыми, хотелось бы. Впрочем, кто же мертвецов домой тащит? Кто на континенте погиб, тот там и остался — одно из охотничьих правил. Ну что, Китя? Мечтал в настоящий поход с ватагой пойти? Получай. Страшиться зазорно, переживать глупо. Вон уже виден серый каменный пирс, что служит на этом берегу пристанью. Через час уже будешь большую землю топтать.
Привет, континент! Я прибыл охотиться. Пошли нам богатой добычи!
Ло
Не почувствовал. В то, что просто решил прикончить позже, уже на континенте, не верю. Это риск. Я ведь тоже мог догадаться, кто прячется в теле охотника, и сбежать до начала похода. Гахар бы убил меня первой же ночью, если бы обнаружил в теле мальчишки. Получается, враг не способен учуять меня, и я могу себя выдать только делами.
Неприятно, но факт — теперь мне предстоит молить звёзды о том, чтобы поход прошёл гладко, и у носителя не было повода меня призывать. Начни ребёнок творить чудеса, и гахар всё поймёт. Даже, если Брон сам не станет свидетелем удивительной прыти и мастерства паренька, ему хватит рассказов. Получи я сейчас управление, мне останется только спасаться бегством — это действие, пусть даже оно будет исполнено мастерски, проще всего связать с ловким мальчишкой. Вот только скорее Кит меня призовёт в тот момент, когда удирать уже поздно, и остаётся лишь драться.