Эх! Совсем немного Чопарь промазал! А ведь этот хозяин леса примерного одного размера с тем демоном, что гонял меня среди каменных стен. Тогда смог уйти и сейчас уйду! Нынче я гораздо быстрее.
Мысль успокоила. Мгновенно. Словно, раз — и весь ужас отрезало. Даже сердце перестало колотиться в груди, как взбесившееся. В несколько шагов я подлетел к наиболее толстому дереву, что попалось на глаза из не сваленных, и резко остановился.
— Беги, дурак! Чего встал⁈
Вепрь не поспевает за своим лесным родичем. Дырокол брошен. В руках охотника кинжалы. Похоже, он истратил свою Ярость до капли. Теперь до завтра в плане дара он пуст.
Я разворачиваюсь к кабану. Вот это зверюга! Даже с такими ранами и вспоротым брюхом он куда проворнее свинобыка. По прямой не убежать.
Прыгаю! Качусь по земле, вскакиваю, бегу. Слышу треск за спиной. Вижу Андера, что машет секирой, указывая мне направление. Смысла не доверять Бочке нет. Несусь, куда он советует.
А… Понятно! Вон же моя яма-ловушка с всё ещё торчащим из неё остроносым бревном. Второй раз подряд зверь на меч налетать не захочет. Так и есть. Слышу, как тормозит за спиной.
Щёлк! Высунувшийся из-за одного из упавших деревьев Клещ радостно трясёт арбалетом.
— Попал! Попал, его бабку за пятку!
Толстая короткая, если сравнивать с Чопаревыми, стрела торчит из второй глазницы. Зверь ослеплён!
— Всё, свинёныш! Добегался!
Коротышка запрыгнул на ствол лежащего дерева и, приплясывая, лязгает друг об друга серпами, словно точит ножи.
— Не дури! — выкриком предупреждает Клеща Вепрь. — У него ещё уши есть!
Но кабан и сам уже решил показать тонкость своего слуха. Израненное чудовище мчится к обидчику под яростный рёв. Саженные бивни поддевают упавшее дерево, на котором только что стоял Клещ, и подкидывают его вверх на десяток локтей вместе с корневищем и кроной.
Вот только охотника на нём уже нет. В миг, когда кабан упёрся в ствол рылом, Клещ прыгнул вперёд и, пробежав по морде и голове зверя, взобрался на спину хозяина леса. Вон он уже прилип к шкуре чудища своим маленьким тёзкой и, цепляясь одним серпом за нарост, другим усердно ковыряется в ране, оставленной Дыроколом Вепря.
— Будем добивать? Или ждём, пока сам подохнет?
Бочка и Вепрь уже были рядом со мной.
— Ты правда веришь, что хозяин может сам подохнуть? Да он скорее себе новые глаза отрастит. Смотри, что с дырой от моей первого удара стало. И на брюхе разрез уже меньше сочится.
Я, как и Андер, нашёл взглядом рану, оставленную Дыроколом Вепря. Зверь как раз завалился на бок, пытаясь раздавить Клеща, отчего почерневшая блямба успевшей засохнуть корки на месте прежней дыры оказалась повёрнута к нам. Ёженьки… И минуты не прошло, как тут всё затянулось. Не шкура, конечно, срослась и не мяса кусок новый вырос, но опасности кабану закупоренная рана больше не представляет. Словно глубокая зарубка на дереве заполнилась мгновенно затвердевшей смолой.