И, что заметно, Лодмура подспорники кучкуются нынче не вокруг своего бывшего главаря. Гудрун теперь в центре. Не удивительно, что девушка единственная из них, кто приняла мой взгляд. Кивнул ей. Кивнула в ответ. И даже слегка улыбнулась.

— Вот это гости у нас! Вепрь, ты ли?

Опережая открывшего было рот Хвана, в свободный от людей круг, распихав народ, выскочил Глум. Вот у кого лыба до ушей и счастье в глазах. И сразу с вытянутой вперёд рукой к Вепрю.

— Здоров, Ветробой!

Бородатый и лысый обнялись. Мелковат всё же рядом с Вепрем наш Глум. А уж на фоне Бочки… Ватажник наскоро перехлопал по плечам остальных охотников. Сияет лицом — не то слово. Смотрите, мол, каких людей знаю. Я быстро перевёл взгляд на Лодмура. Так и есть — скривился, словно полный рот кислой клюквы. Поделом гаду. Погодь, погодь, мразь, ещё я подолью тебе радости в чашу.

— Неужто хозяин?

На правах старого знакомого и, чтобы покрасоваться само собой, Глум медленно провёл рукой по жёлтому клыку кабана.

— А что, не похож? — заржал Клещ.

— Ещё как похож, — поджав губы, закивал Глум. — Мои поздравления. Не даром Могучая кучка — первая ватага на Муне. Представляю, сколько взяли с него… А что дар? Чего этой громадине Бездна подбросила?

— Рад приветствовать вас в Подгнилье, судари.

Хвану надоело ждать, когда охотники наговорятся, и староста соизволил сам подойти к гостям. Вернее, это он хотел, чтобы так оно выглядело, на самом же деле любому, кто имел глаза, было ясно, кто тут с чьего соизволения говорит.

— Про дар потом расскажу. Тут необычное дело.

И, только ответив Глуму, Вепрь повернулся к Хвану.

— Привет и тебе, староста. Напомни, как тебя звать. Вылетело из башки.

— Ну, так-то мы не знакомы с вами, почтенный, — натянуто улыбнулся свин. — Меня зовут Хван. Чем помочь дорогим гостям?

— На ночлег пристрой, — принялся загибать пальцы Вепрь. — Стол накрой, браги поставь, место надёжное под нашу добычу выдели, охрану к трофеям приставь. Но прежде нам с тобой наедине поговорить надо. Пошли-ка к тебе в дом, пока все на дворе. Деловое предложение к тебе есть.

Услышав про деловое предложение, Хван сразу переменился в лице. Натянутая улыбка, скривившаяся было на перечислении наглым гостем потребностей, вмиг растянулась по новой. Староста почуял барыш. Тут он прав. Вот только порадуют ли рыжего свина те деньги?

— Конечно, конечно, — закивал Хван. — Сейчас только распоряжусь.

Староста наскоро раздал указания домочадцам и жестом пригласил Вепря следовать за собой.

— Прошу, сударь…

— Можешь звать просто Вепрем. Китар, пойдём.

— Как? — остановился Хван. — А мальчишка зачем?