— Лечь на пол, руки за голову, — строго приказал один из них Мидори. И как тут не подчиниться…

Бах! Бах! Бах! Звуки выстрелов прозвучали неожиданно. Приказавший ей лечь мужчина упал рядом. Бледное обескровленное лицо, кровавое пятно растекается по пиджаку.

Бах! Бах! Это было еще громче! Похоже, что еще и ближе. К оглушительным хлопкам, издаваемым оружием, добавился звук битого стекла. Вся смелость потребовалась Мидори, чтобы не завизжать.

— Готов, сволочь! — азартно высказался один из «костюмов». Рядом наклонился над телом убитого еще один.

— Вы… вы же не застрелите женщину? — она вдруг осознала себя свидетелем убийства. И откуда взялись силы на то, чтобы подняться и констатировать факт того, что Шибата-сан мертв, застрелен за разлетевшейся на осколки стеклянной перегородкой. Это же он стрелял первым! Да что тут вообще происходит? И как ей, проклятье, сообразить, как использовать ситуацию к своей выгоде?

— Вы же не из внутреннего круга? — мужчина скосил взгляд ей на грудь, туда, где приколот бейджик с именем и добавил, — Миязоно-сан? — быть вежливым с той, кого собираешься убить — нелогично. Это означает, что убивать ее не планируют. Хотя неудобным свидетелем она быть не перестает.

— Я… я не понимаю, о чем вы и про какой круг говорите, — несмотря на внутреннюю собранность, голос ее дрожал. Не каждый день становишься свидетелем убийства двух человек. — Что происходит? Я могу быть полезна? При необходимости я готова дать показания, что Шибата-сан стрелял первым. — ее интуиция так и орала «помоги им, это твой шанс!».

— Вы можете связаться от имени Шибаты-сана с другими филиалами? — спросил мужчина. — Знаете, как это сделать?

— Да… знаю, я справлюсь! — решительно заявила Мидори.

Она сделала всё, о чем ее попросили двое боевиков. Села за компьютер бывшего начальника, пользуясь тем, что вход в систему выполнен и распространила объявление о том, что власть в корпорации меняется. Прежний совет директоров отстранен за предательство корпоративного духа и утрату доверия акционеров. Постоянно ожидала выстрела в затылок или иного подвоха, но мужчины вели себя уважительно.

— Что… что со мной будет? — наконец, нашла она в себе смелость, чтобы спросить.

— Значит, вы говорите, что не входите в круг посвященных? — ответил встречным вопросом мужчина. Лет сорока, очень мужественный, наверное, бывший военный или полицейский.

— Нет. Но я готова войти! — выпалила Мидори. — Если это возможно! Простите мою дерзость!

— Тогда добро пожаловать в Культ Небесной Гармонии, — провозгласил второй, до сих пор молчавший. — Во внешний круг. Поможете нам здесь прибраться?