На месте нас уже ждали Синдзи-кун и Дандо-сама, ставший за прошедшие месяцы, как показалось, еще крупнее и толще. Еще бы! Питаясь отборной форелью-то. Считается, что бакэнэко, то есть котом-оборотнем, способна стать любая домашняя кошка, набравшая массу чуть менее четырех килограммов. Папин любимец, как мне кажется, двукратно этот порог уже превысил. А уж как громко Дандо-сама замурлыкал, увидев своего человека и начав тереться о его ноги! Как будто бы я двигатель машины забыл заглушить. Очень трогательная сцена воссоединения, не испорченная даже тем, что сестра коварно попыталась подкрасться к питомцу со спины и погладить его.

Взмах лапы и на руке «преступницы» остается тонкая царапина, а сама она с возмущенным воплем отпрыгивает назад.

— Не обижай мою дочь, старый друг, — строго выговорил коту папа.

— Мяу! — в ответе слышалось, что хотел бы истинный хозяин фермы сестренке навредить — я уверен, он с той же легкостью и глаза бы выцарапал. А так — всего лишь показал, кто тут главный. Я-то его уроки давным-давно усвоил, а Тика-тян вон, отвыкла.

— Синдзиии! — забыв о позорном поражении, девчонка тут же повисла на шее у своего приятеля, который пришел отчитаться о сделанной работе. И как только юноша умудрился не пустить кровь носом? Если бы у меня была школьная любовь и вот так вот полезла бы обниматься в мои пятнадцать — я бы, наверное, сознание потерял от смущения.

Но Огава Синдзи редкостную стойкость проявил. Поклонился мне и папе, после чего начал скрупулезно отчитываться обо всём сделанном, с той деловитостью, какую я только у деревенских жителей и подмечал. Доклад затянулся на несколько часов. Отец со всей строгостью принял работу, кое за что даже пожурил, но по глазам я видел — доволен. Тика увязалась за ними, несмотря на то, что у нее сельское хозяйство ни капли интереса не вызывает.

— А ты, Дандо-сама, с нами в город поехать не желаешь? — спросил я, оставшись с хвостатым наедине. — Мияби хотела завести кота.

— Мяу! — ого, сколько презрения в одном коротком кошачьем слове.

— Понимаю. У тебя тут миссия и враг, охраняешь ферму от крыс. Да, согласен, без тебя бы всё пошло прахом, — поклонился воплощению доблести.

Затем выпрямился и сосредоточил взгляд на горных вершинах, сейчас, в начале декабря кажущихся чуть более близкими. Снежные шапки стали больше. Как же прекрасна японская природа. Так бы и любовался.

Цветочный запах, характерный для сельской медсестры, я почувствовал до того, как расслышал ее шаркающие шаги. Полностью уверен, что старуха сумеет остаться бесшумной и незаметной, если пожелает, но специально ходит громко.