везут таблетки от бессонницы выписать. Согласие не подписала, пришлось недобровольную делать. Она конкретно больная, конечно. Во второй день по отделению носилась, орала, что какой-то Эреб за ней гонится. – Кто?! – Палыч сказал: бог тумана. В греческой мифологии. «Грустно», – чуть не вырвалось у Инги. В отпуске-то, на морях, в окружении загорелых-здоровых, броня совсем истончилась. Но от слов опрометчивых удержалась. Мигом ведь заведующему донесут, а оно ей надо – очередную лекцию слушать про бесстрастное отношение к пациенту? Однако в психиатрии устроено: жалеть нельзя, но порадовать чем-то – пожалуйста, типа повышает мотивацию к выздоровлению. Так что прикопила одну пироженку и вечером, перед отбоем, принесла Махаевой. Но, дуреха, нет бы радоваться – снова в слезы, головой мотает отчаянно: – Запрещение. – Дай мне лучше, Инга Павловна, – ухмыльнулась дородная соседка по койке. – Она все равно не будет. – Сын. Одиночество. Невозможность, – закивала пациентка. Тетка с койки рядом перевела: – Не жрет она ничего вкусного, пока сын без нее. Типа, обет такой. – Да поняла я, – отмахнулась Инга. – Обратилась к Махаевой: – Все хорошо с сыночком твоим. Папа его не обидит. Скушай. Тебе силы нужны. Вон, тощая какая. Перекрестила упрямо руки: мол, нет, не уговаривайте. И прошептала: – Переодевание. Инга бросила взгляд на больничный халат поверх спинки кровати. По меркам психушки достаточно чистый, пятидневный от силы. Кастелянша, понятно, ворчать начнет, когда завтра явится, но раз Палыч считает: пациента надо радовать, – ей несложно. Сходила, принесла и халат новый, и ночную рубашку, и трусики. Из собственного шкафчика выделила с десяток прокладок одноразовых. Махаева тихо пискнула: – Благодарение! Инга хмыкнула: – Махаева, а почему просто спасибо не сказать? Тоже ведь существительное. Сначала снова головой помотала упрямо, но задумалась. И через пару секунд выдала: – Благо… благодарность. – Уже больше похоже на язык нормальный. А то «благодарение» какое-то! – пробурчала Инга. Махаева неуверенно, застенчиво улыбнулась. «Занятная», – решила Инга. Многие шизофреники стараются выглядеть аккуратно, но никогда не ведут себя последовательно. Волосы, к примеру, долго расчесывают – старательно, волосок к волоску. Зубы чистят по часу. Но при этом могут в постель завалиться в тапках. А эта пациентка в плане гигиены просто умничка. Лекарства, наверное, действуют. Рита Махаева Только сны и оставались здесь единственной отрадой. В эту ночь Рита Махаева снова вернулась в тот ослепительный