— Помню, почтенный! — поклонился парень, ему было немного страшного, участвовать в столь сложных ритуалах ему еще не доводилось. — Далее мое участие понадобится в самом конце, правильно?

— Правильно, — с одобрением посмотрел на него старик. — Но при этом внимательно отслеживай паразитные плетения, они могут возникнуть, тогда, никого не спрашивая, купируй. Помнишь, как это делается?

— Помню, — подтвердил Лори.

— И где такие хорошие мальчики, да еще и одаренные ходят? — грустно вздохнул мэтр Лотхар. — Лет тридцать не могу себе нормального ученика подыскать. Все ленивые бездари попадаются…

Встряхнув головой, он распорядился:

— Начинаем!

Кейсав лег в центр пентаграммы и про себя попросил у своего покровителя помощи, ему до смерти надоело притворяться обычным человеком и не использовать Искусство. Страшно не хватало возможности творить чудеса.

Остальные чародеи тоже заняли свои места в углах основной пентаграммы, Лори замкнул контур, и мэтр Лотхар начал речитатив первого катрена. Слова на ак’ал’а испугали бы случайного свидетеля, если бы он каким-то чудом здесь оказался, слишком этот язык непривычно звучал для человеческого уха. Но был очень емким и для ритуалов подходил куда больше других. Линии схемы загорелись призрачным зеленоватым огнем, от них потянуло жаром солнца и холодом льдов. Одновременно.

Чародеев окружил полупрозрачный силовой купол, не позволяющий ни одной лишней эманации вырваться за его пределы. Катрен звучал за катреном, к ритуалу подключался один сегмент общей схемы за другим, разноцветное сияние стало нестерпимым для глаз, потянуло жуткой, нечеловеческой силой. Бездна открыла свои слепые глаза и всмотрелись в наглецов, осмелившихся потревожить ее покой. И никто не заметил, как танцующий где-то на непредставимой высоте на канате шут в разноцветном трико внезапно протянул руку и исправил в схеме маленькую, почти незаметную ошибку. Никто, кроме Кейсава, которому шут весело подмигнул. Ученик Фаэра сразу понял кого видит и облегченно улыбнулся.

Лори пристально наблюдал за происходящим, одновременно выплетая связку, которую должен будет подключить к общей схеме в самом конце ритуала. Это мог сделать только тот, кто связан с Кейсавом клятвой — жена или ученик. Сейла еще не прибыла, поэтому данная обязанность была возложена на него. К счастью, связку парень выплел без ошибок, проверив ее трижды.

Стоило прозвучать последнему катрену, как Лори, найдя свободные, оставленные опытными мастерами специально для этого контуры, подключил к ним свою связку, подтвердил ученическую клятву, и активировал снятие следящего контура. По ауре Кейсава пробежала волна сначала белого, затем черного сияния — Свет и Тьма выразили свое согласие с происходящим. Однако не все прошло, как должно, три неровных паразитных плетения все же возникли, и Лори без промедления купировал их, связав в единый конгломерат и выдавив за пределы основной пентаграммы, а там деактивировав. Это получилось на удивление легко, однако смазало картину происходящего. И чтобы понять снята следилка или нет нужно было проводить сканирующий ритуал.