Олантанцы ничего этого не знали, они ели, пили, пели, танцевали и веселились. Любили друг друга в самых неподходящих для того местах и никто ничего не стыдился — все были в масках, что давало возможность каждому хоть немного побыть собой. А карнавальная песня продолжала звучать в разных вариациях:

В нашем пестром вертепе кого только нету:

Толстый булочник в мантии нынче король;

Ну, а ты, господин, оборванцем одетый,

Будь сам граф, но ему поклониться изволь.

Здесь седая гадалка, привравши немножко,

Превращает в роман захудалую жизнь,

Дух бесплотный обнял чью-то стройную ножку,

А голодный вервольф третий пряник загрыз.

И действительно, граф и другие вельможи сейчас не узнанными ходили среди простых людей и слушали, что те говорят о них, о городе, о жизни вообще. Это помогало избежать немало проблем в прошлом и поможет в будущем, поскольку давало какую-никакую обратную связь между населением и правящими кругами.

Люди веселились, пили, любили друг друга, играли в разные игры. Им было хорошо — ничего не омрачало праздник. Они понятия не имели, что ради их веселья сейчас за городом умирают воины, пришедшие со всего Дэлоуэ. И по окончании карнавала во многих домах Олантана, Зерта, Таламара и других городов будет раздаваться вдовий плач. Также никто не обращал внимания, что к пристально наблюдающим за творящимся в городе высокому человеку в костюме хищной птицы то и дело подходили разномастно одетые гонцы, что-то едва слышно говоря ему на ухо. Граф хотел быть в курсе происходящего на поле боя. Пока все складывалось относительно неплохо, но это пока. Что будет дальше никто не знал. Осталось только положиться на милость богов.

* * *

Незадолго до всего этого из южного оврага, окруженного олантанскими, зертанскими, лэрскими и нарионскими гвардейцами, неожиданно раздался шум, в небо ударил столб синеватого свечения, хорошо видного даже при свете дня. А затем наружу выплеснулась целая волна искореженных тварей. Они выглядели настолько омерзительно, что многих людей вырвало, выносить такое их психика была не в состоянии. Дикое смешение когтей, пастей, щупалец, рогов, клыков и каких-то ошметков. Все это истекало слизью, воняющей так, что еще какое-то количество гвардейцев рассталось со своим обедом.

Первое время люди только наблюдали за гибелью тварей в бесчисленных ловушках, созданных чародеями. Одни сжигали их, другие замораживали и разбивали в мелкие осколки, третьи просто развеивали по ветру, четвертые, неправильные телепорты, правильные человеческие адепты Искусства создавать так и не научились, отправляли тварей кусками неведомо куда.