* * *

Оглянувшись и убедившись, что за ним никто не следит, Лори перебросил кучу навоза в нужное место своей силой — нельзя было показывать односельчанам, что он что-то такое может, не то камнями забьют, а то и хуже — заживо сожгут. Но так хотелось почувствовать себя настоящим чародеем! Дар у него несомненно имелся, тому имелось немало доказательств. Но крестьянский сын из многодетной семьи прекрасно понимал, что никто из мастеров Искусства не возьмет его в ученики. Это слишком дорого. Да и не стала бы семья платить за него, даже если имела бы нужную сумму, не любили отец с матерью своего младшего сына почему-то. Может потому, что слишком умный, много вопросов непонятных задавал. Отвечали на них обычно подзатыльниками, отбивая охоту спрашивать дальше. А потом отправляли на самые неприятные работы. Вот как сейчас — расчистить старую навозную яму, давно переполненную. Пришло время раскидать перегной из нее по полям, но для этого его требовалось сначала выкопать.

Увидев проходящего мимо соседа, жилистый и рослый, но худой блондин с вытянутым лицом тут же свернул силовые щупальца и, поплевав на руки, взялся за лопату — следовало поскорее добить эту яму, чтобы никто на мозги не капал. А то отец снова начнет свою давнюю песню о том, что уродился у него младший сын лентяем и неумехой. Не понимая, что тому крестьянская жизнь поперек горла стоит, его от нее тошнит.

С раннего детства мальчик, названный господским именем Лориган по совету старосты Немира, чтоб этому вечно пьяному дураку к Шиннане в гости сходить, мечтал стать чародеем. Понятно, что никто его полным именем не называл, сократив до короткого и привычного Лори. А другие дети дразнили нелепым именем и приставали, придумывали обидные клички, порой даже били. Благо мальчишка быстро бегал и хорошо лазил, забираясь на самые высокие деревья, где отсиживался, пока преследователям не надоедало его поджидать. Друзей в родной деревне он так и не обрел, как ни грустно — не понимали сверстники его интересов, а взрослые только отмахивались.

Лори как-то попробовал рассказать во время похода в ночное о своих мечтах, так над ним начали смеяться. С тех пор мальчик предпочитал помалкивать, замкнувшись в себе. Говорил он мало с кем, поскольку интересы деревенских жителей были настолько примитивны, что его от них тошнило. Никто из них никогда не поднимал голову к небу и думал только о том, как бы вырастить урожай да повыгоднее продать его. Плюс о выпивке и бабах еще. Многие крестьяне являлись хорошими и добрыми людьми, но на удивление примитивными, говорить с ними было не о чем.