— Мне и на моем месте неплохо, — усмехнулся Марк. — Не уходи от темы, где моя выгода?
— Налоги, — пожал плечами Фаири. — И один процент акций торгового дома. Не увидев особого воодушевления на лице Марка, он добавил: — Даже один процент с четвертью.
— Четыре процента!
От возмущения Фаири даже подпрыгнул на месте.
— Побойся Бога, Марк! Даже у меня всего семь! Полтора процента.
— Готов скинуть один процент, но только из уважения к тебе.
— Какое уважение? Уступив даже три процента, я сам себя уважать перестану! Два! — ладонь Фаири резанула воздух. — Щедрый только из-за нашей доброй дружбы. Но тогда двадцать лет никаких налогов со всех наших активов в твоей юрисдикции!
Марк подумал и дал задний ход.
— Полтора процента меня устраивает. Но налоги остаются, — он протянул торговцу руку. — Сделка?
Во-первых, еще неизвестно какие именно активы окажутся в Гемине. Возможно, налоги с них с лихвой перекроют прибыль от акций. А во-вторых, кто сказал, что юрисдикция дома Фобос в будущем будет ограничиваться только одной домашней системой? Были и другие причины, но и этих двух пока что достаточно.
— Ах, шайтан! Я все же надеялся, что ты клюнешь, — вздохнул Фаири, сжав его ладонь. — Сделка!
Глава 3 Дела домашние
Величайшая глупость человечества — они считают себя разумным видом.
(Марк Ортис де Фобос)
Система Гемина.
Орбита планеты Ромул.
74 день 566 года Потери Терры.
К идее реорганизации разросшегося флота дома Фобос адмирал Дайсон подошел со всей присущей ему серьезностью. И сейчас Марк мог оценить результаты его трудов по одному только размеру внушительного инфофайла. Большой голоэкран пестрел графиками, выкладками с расчетами эффективности и схемами.
И все это ему еще предстоит внимательно изучить. Кто придумал байку, что жизнь правителя благородного дома это сплошные развлечения?
— А теперь все это, — указательный палец Марка дернулся в сторону голоэкрана, — но простыми словами. Что конкретно ты предлагаешь?
— Пора привести наш флот к стандартам Центральных миров. Никаких флотов в четыре корабля, которые не тянут даже не эскадры, и дворянской вольницы.
— Этап вольницы мы давно прошли, — напомнил Марк.
Борьба с сильнейшими дворянскими семействами Гемины и канцлером Корбом была недолгой, но стоила ему одного из первых друзей. Кир Зейд, воспитанник капитана Хейса и великолепный хакер, был наиболее близок к этому странному понятию. Ведь только друг может по-настоящему предать. Все остальное и предательством нельзя считать. Вот и Кир его предал. Ради дочери канцлера Корба он предал всех, даже Джи и капитана Хейса, заменившего ему отца.