— Его Милость только что покинул мостик и направляется к тюремному блоку, — охотно сообщил искин. У Аэллы был привилегированный доступ, словно у старшего офицера лидера прорыва. С обычным членом экипажа или пассажиром с гостевым допуском, Август даже разговаривать бы не стал, ограничившись предоставлением информации и услуг в рамках разрешенного минимума. Что уж говорить, про открытие местоположения главы дома.

— Из чего можно сделать вывод, что он хочет присутствовать при допросе пленников, — сама себе кивнула Аэлла, но вездесущий искин посчитал, что это адресованный ему вопрос.

— Вероятность подобного события девяносто девять целых и девять десятых процента.

— А одна десятая процента? — заинтересовалась Аэлла.

— Неучтенные факторы: покушение, несчастный случай, срочный вызов в другое место, авария, внезапный…

— Стоп! Стоп! — остановила словоизлияние искина баронесса. — Я все поняла. Сообщи, когда он освободится. Нам нужно поговорить. И передай мой приказ второму лейтенанту Бринну, — добавила она, вспомнив про свое желание послать наблюдателя от дома Орка. — Он должен присутствовать при допросе.

* * *

Представитель от дома Орка поджидал его возле входа в тюремный блок. Свита Аэллы на «Октавиане» была невелика — всего шесть человек. Две служанки, два личных охранника и два офицера ВКС дома Орка. На допрос пришел один из офицеров, второй лейтенант Бринн, насколько помнил Марк, а на память он обычно не жаловался. Аэлла была столь любезной, что представила ему всю свою свиту, когда грузилась с вещами на борт.

Кто же знал, что среди этих вещей окажется боевой скаф…

Пока он шествовал ко входу в тюремный блок, второй лейтенант нет-нет, а бросал в его сторону полные плохо скрытой неприязни взгляды. Судя по ним, Бринн происходил из тех Орка, что природные Орка — дети системы Игнис, а не пришлых — вошедших в дом вместе с новой баронессой.

Впрочем, дальше косых взглядов дело не шло, а оружия у второго лейтенанта не было. Значит и внимания на него можно не обращать. Если убивать за косые взгляды, то даже на обширном личном кладбище Марка быстро закончатся места.

— Господин барон, — пересилив неприязнь поприветствовал Марка Брин, заработав в ответ лишь сухую полуулыбку краем губ.

— Что, не пускают тебя, лейтенант? Сейчас исправим.

Закрытая дверь не стала сопротивляться высшему уровню допуска и послушно открылась.

Первым, кого Марк встретил в тюремном блоке, стал Курт. Новоиспеченный штаб-сержант ответственно отнесся к приказу главы дома и лично проследил за размещением всех пленников. А Рамирес, не стала забивать себе голову поиском охраны тюремного блока и назначила тех абордажников, что были ближе всего.