— Но оказанной вами поддержки все равно мало. Если нам набирать еще людей, то придется привлекать наемников. А это…

— Это — деньги. И я готова выложить пять тысяч марок под расписку. И составленный договор о наших намерениях навести порядок среди казнокрадов и предателей государства. Ну и к уже сказанному добавлю, что в гренадерах сейчас некое брожение. Им не по нраву, что вместо балов и пьянок в казармах приходится мотаться по побережью в любую погоду и патрулировать округу. Если офицерам чуть-чуть скрасить тяготы существования, они вполне могут перед началом подавления беспорядков уйти из Юдалы. А потом и поддержать вас, когда будете гонять чернь по подворотням.

Споры до хрипоты затянулись почти до полуночи. Договор все же подписали, как и расписку. Но графине пришлось достать из изрядно опустевших подвалов все необходимое для двух отрядов, а не одного. И в звонкой монете сторговались на десять тысяч. Единственное, что к своим хотелкам сумела продавить госпожа Санчос, так это два года беспошлинной торговли на побережье и затем половину городских налогов, по сравнению с остальными. Что поделаешь — наведение порядка вещь затратная. И если хочешь получить желаемое, то или развязываешь мошну, или тебя выбрасывают из любых политических раскладов. А быть выброшенной Тереза не хотела.

* * *

На юте черной как смоль каракки стоял Гаспар Гоз. Высокий мужчина кутался в теплую меховую шубу и косился на медленно встающее солнце. Хозяин Легардии терпеть не мог морские путешествия, но среди возможных кандидатов на командование сводной пиратской эскадрой не нашлось столь же уважаемого и сведущего в военном деле человека. Мало того, барон вряд ли позволил чужакам возглавить будущий разгром проклятого города, отнявшего у него сына. Месть — это блюдо, которое нужно готовить самому. И потчевать тоже лично, вливая раскаленный свинец в чужие глотки.

Неделя сборов прошла достаточно быстро. Нашлись корабли, люди, припасы. На брошенный клич отозвались болтавшиеся без работы наемники и капитаны, промышлявшие по округе различного рода незаконными промыслами. Больше времени потратили на согласование планов и обсуждение деталей будущего нападения. В итоге сводная эскадра теперь включала в себя четырнадцать кораблей, на каждый из которых, словно сельди в бочке, набились абордажники. Где под полторы сотни, а где и под две. Всего пехоты навербовали тысячу восемьсот головорезов. И с такой силой Гоз был готов идти маршем хоть до самой столицы Королевства. Что ему теперь Юдала? Плюнуть и растереть. Пушки, баллисты с зажигательными снарядами. И жадные до чужого добра насильники и убийцы — лучшие кадры местной швали, успевшие зарекомендовать себя разбоем по южным дорогам.