Убрав письма в нужную папку, Лилит взял следующие. Наступил обычный бесконечный рабочий день.
Глава 3
Утро началось хорошо. В сумках еще нашлось, чем позавтракать. Короткий ночной дождь чуть прибил пыль и принес долгожданную прохладу. Конечно, когда солнце поднимется повыше, на улицах снова будет не продохнуть, но пока — пока Додо стоял у распахнутых ворот и радовался новому дню. Вчера утром он думал, что в это самое время будет улыбаться палачу. А вон оно как все обернулось. Живой и без пенькового украшения на шее.
Неслышной тенью рядом возник Билдер. Гоблин покосился и дернул ушами — зеленый коротышка терпеть не мог, когда рядом кто-то появлялся подобно призраку. Но ничего не поделаешь, бывший наемник и командир еще не созданной роты предпочитал производить как можно меньше шума. Профессиональная деформация.
— Додо, кто из твоих родных может ссудить под терпимый процент на полгода-год? На обустройство понадобятся деньги, у меня столько нет.
— Меня обобрали еще до того, как городская стража надела кандалы. Поэтому я тоже пустой, словно армейский драный барабан.
— А двоюродные-троюродные братья и сестры?
— Знаешь, мне придется тебе рассказать, чего это вдруг я связался с липовыми векселями… — Гоблин вздохнул, пригладил вздыбившиеся волосы и продолжил: — У господина Жака есть дочь. Страшная уродина по нашим меркам. Дамочка пропустила через передок кучу охранников, одно время умудрялась удирать в бордель в конце Кривого Переулка. Сколько господин Жак потом потратил на лечение подхваченных болячек — это никто посчитать не сможет. Много… Но — он в состоянии себе подобное позволить. Потому что он — выборный от всех ушастых на побережье.
— Даже не Юдалы?
— Нет, бери выше. Под ним гоблинские общины из десяти городов минимум. Стоит ему шевельнуть пальцем, как любого из моего народа согнут в бараний рог. Очень серьезный господин с обширными связями. Правда, пока он заботился о благосостоянии семьи, дочку переклинило, но вроде последнее время удалось чуток обуздать.
— И?
— Но если девочка что-то хочет, она это получает. А ей втемяшилось, что я могу стать неплохим любовником на время, пока папочка подберет солидного жениха. Ларриэль часто гуляла по улице мимо моей лавки, покупала там разные безделушки и решила, что может прикупить на время живую игрушку для себя.
Билдер затянул пояс, проверил, насколько удобно расположены ножи, после чего спросил:
— Так чего не женился?
— Я же сказал — меня выбрали в качестве ночной подстилки на несколько месяцев. Учитывая, что пришлось бы болтаться рядом с папашей, то перед свадьбой наверняка прирезали бы в каком-то грязном углу. Потому что я мог что-нибудь лишнее услышать. Или просто — чтобы сделать жениху приятное. Поэтому я категорически отказался.