Но я видел его сейчас перед собой. Что тут можно предположить? Скорее всего, Михалыч не освобожден, а заплатил за такую «прогулку» из ИК в Сочи кому надо и кто такие вопросы решал. То, что было невозможно в Союзе, в РФ образца девяностых годов (и нулевых, кстати, тоже) стало дополнительной «опцией» для арестантов. Хочешь проветриться во время срока за пределами колонии — пожалуйста, бабки только заплати. Всему свой ценник.

Марк при виде Михалыча тоже обомлел, как будто растерялся. Но, надо отдать ему должное, быстро взял себя в руки и двинулся навстречу вору, нацепив самую гостеприимную улыбку. Протянул руку вору метра за три до того, как подошел, и почтительно указал Михалычу на стол, где сидели кладбищенские во главе с Демидом.

Демид наверняка знал о том, что Михалыч навестит турнир вместе с лидером москвичей, о котором говорил Марк. Поэтому он единственный в зале не пучил глаза, не вскакивал с места, а терпеливо дождался, когда старый вор подойдет к столу кладбищенских. Но мне что-то подсказывало, что Демид точно так же, как и остальные, скорее рассчитывал увидеть московского авторитета. И не поднялся по той причине, что не хотел высказывать столичному ферзю уважение.

Когда Михалыч подошел, Демид уже поднялся, и они обнялись. После старый вор присел на свое место и отмахнулся от Марка, как от навязчивой мухи. Демид начал что-то живо объяснять Михалычу, тот слушал. Потом Демид указал в мою сторону, и взгляд старого вора впился в меня. Причем глаза в глаза. Смотрел Михалыч так, что у меня по телу пробежали мурашки, и я даже на несколько секунд забыл, где нахожусь. Я думал, что меня подзовут к столу для знакомства, но этого не произошло. Посмотрев так на меня несколько секунд, вор кивнул, будто бы удовлетворенно.

Братва не успела опомниться, как в банкетный зал зашел второй авторитет. Блондин, куда моложе Михалыча, коротко стриженный, в строгом костюме и тщательно выбритый. Внешне этот мужик смахивал на популярного сейчас Дольфа Лундгрена. Костюм сидел на этом человеке как влитой, я сразу увидел в его обладателе спортивное прошлое.

Степаныч прищурился.

— Вот он, явился, козел… — прошептал тренер сквозь стиснутые зубы едва слышно. — Саша Вариант, выскочка, блин.

Мне сразу стало понятно, что речь шла о лидере москвичей. Его-то и ждала братва в банкетном зале. Чтобы не выглядеть оконфузившимися идиотами, раз они уже почему-то стояли, братва стала хлопать появлению авторитета. Должны же они были хоть как-то подчеркнуть, что старого вора и своего авторитета по-разному встречают, а голь на выдумку хитра, как известна. Марк, как болид после пит-стопа, рванул к новому гостю. Они поздоровались, а потом Марк несколько секунд что-то рассказывал Саше Варианту. Хотя почему «что-то», вполне себе понятно, что — он извещал москвича, что Михалыч здесь. Я даже видел, как менялось лицо у москвича.