— Оу, — только и смог я проговорить, приподняв бровь.
— А-ааа! — раздался страстный возглас из кокона.
Вибрация от возгласа волной разошлась в стороны. Едва прикрытая мною дверь распахнулась. И тут кокон лопнул, и из него на пол выкатилось человекообразное полуобнаженное существо, завернутое в помятые крылья, перемазанные чем-то белым и липким.
А из коридора у меня из-за спины послышались звуки спешащих шагов и испуганные возгласы.
Тем временем существо шевельнулось. Оно вдруг громко и протяжно закричало. Смятые крылья задрожали — и с хлопком выстрелившего зонта вдруг расправились в стороны, ударившись в стены.
От удара по ним пробежали лучики трещин, и через мгновенье моя каморка расширилась в обе стороны, пугая пригревшуюся в одной из комнат парочку, обдавая их россыпью мелких осколков и слоем штукатурки.
Женщина завизжала, бросившись на выход в чем мать родила. Парень же, как настоящий мужик, не испугался и первым делом бросился искать штаны.
А прямо передо мной, опустив голову, стояла прекрасная девушка. Кожаное белье едва прикрывало все то, чем так щедро наделила ее природа. Влажные серебристо-белые волосы прилипли к гладким точеным плечам, из-за которых поднимались два мощных и мускулистых кожаных крыла. Из-под длиннющих смоляно-черных ресниц на меня смотрели темно-рубиновые глаза, вишнево-алые губы блестели, тонкую талию обвивала золотистая цепочка...
— Алика?.. — осторожно позвал я ее.
— Демон!.. — в то же мгновение услышал я истеричный женский вопль за спиной.
От этого крика рубиновые очи очнувшейся красавицы распахнулись.
И я только сейчас понял, что два серебристых возвышения у нее на голове — это действительно небольшие рожки, а не милые ушки или что-то подобное.
Да, в самом деле. Пожалуй, она была демоном.
— Помоги!.. — прошептала красавица, глядя на меня расширившимися от ужаса глазами. — Защити меня!
Глава 21. Дураки и красивые девчонки
А ведь у тебя был план, Даня.
Плохенький, кривенький, сделанный на авось — но он был. И шанс реализовать его — тоже!
Наверное.
И был он аккурат до того мгновения, как это чудо вывалилось к моим ногам.
И она могла бы даже не раскрывать рта и ни о чем не просить — моя участь была решена в тот самый момент, когда я понял, что это — девчонка. Причем красивая.
Наверное, есть мужики, которые запросто через такую переступят и еще сапогом ручку отодвинут, чтобы не мешала переступать.
То есть даже не, наверное, а точно есть.
Но я сделан как-то иначе.
Я не могу не то что переступить, а даже просто мимо пройти, если могу хоть чем-то помочь. Потому что мне их всех жалко. И неважно, сколько у них ног — две или восемь, носят ли они на голове мягкие кошачьи ушки или серебристые рожки. Или вообще ничего не носят, кроме невидимой короны собственного достоинства.