Справа от посадника, ближе к окну, сидел пожилой писец с красными рубцами от ожогов на правой щеке и водил указательным пальцем по столику, на котором была глиняная чернильница и высокий деревянный стаканчик с пучком запасных перьев. Слева и справа от посадника стояли у стен по лавке, на которых сидели два и три человека соответственно, обычные посадники. Опять же по словам Афони, все они марионетки. Старшие люди Новгородской республики не любят светиться, предпочитают рулить через посредников, на которых и сыплются все шишки.

— Привел князя, — доложил вошедший первым десятник и отступил влево, уступая мне проход. Я поздоровался и посмотрел, собираясь перекреститься, в правый дальний угол, который обычно делают красным — вешают икону. Лай не лай, а хвостом виляй. Посадник кивнул в правый ближний угол. Там висела старая темная икона, не разглядишь, кто изображен, а под ней чадила висящая на бронзовой цепочке глиняная лампадка, тоже заправленная конопляным маслом.

— Зачем таким уважаемым и занятым людям потребовался заезжий бездельник? — шутливо спросил я.

Посадник улыбнулся самодовольно, сочтя мои слова за комплимент, и следом за ним это сделали остальные. Такое впечатление, что они являются его кривыми отражениями в зеркалах, которые уже научились изготавливать на довольно приличном уровне.

— Мы узнали, что у тебя есть скорострельные и дальнобойные тюфяки, благодаря которым Тимур-хан побеждал всех, захватывал неприступные крепости, — перешел к делу Царько.

— Чего только не придумают люди! Если бы дело было только в моих тюфяках, тогда бы я всех одолел! — отмахнулся я, предположив, что посадник хочет наложить лапу на мои пушки. — Великий эмир Тимур побеждал, благодаря большой и слаженной армии, в которую отбирал лучших из разных народов и вероисповеданий, и щедро делился с ними добычей.

— Может, люди и преувеличивают, но говорят, что таких хороших ни у кого больше нет, — сказал он.

— За все земли не скажу, но лучше ваших, — согласился я. — Если хочешь купить, они не продаются. Самому пригодятся отбиваться от лихих людей. Поставлю их на свою ладью, которую собираюсь сделать здесь, договорился с немецкими мастерами. Изготовить другие я не смогу. Нужны опытнейшие мастера-литейщики по бронзе и много отменного металла. Ничего даже близкого я здесь не видел.

Действительно, я прогулялся до литейных мастерских, расположенных в слободе за городом, чтобы не сожгли его. Там отливали небольшие колокола и прочую мелочевку. Средние привозили из Западной Европы. Большие не умел делать никто.