Окончив завтрак, я поднялся наверх, надел нижнюю шелковую рубаху, покрашенную ультрамарином, изготовленным в Измире из найденного на складе небольшого количества каолина. Сверху кафтан с отложным воротником из дорогого, тонкого сукна темно-серого, «джентльменского», цвета. Шаровары выбрал черные под цвет сапог, которые ношу редко, чтобы зря ноги не парить, но тут особый случай. Подпоясался черным кожаным ремнем с золотыми овальными бляшками, на который повесил кинжал с рукояткой из слоновой кости и ножнах из черного дерева с золотыми бутеролью и кольцом, снятыми с убитого османа. На голову напялил темно-синюю суконную шапку с собольей опушкой, купленную здесь для понтов. В первый раз выйду в ней. В одежду и обувь зарядил предметы, которые пригодятся, если что-то пойдет не так.

— Зачем ты им нужен? — испуганно спросила Лейла, прибежавшая следом из кухни и до того молча, что уже было странно, наблюдавшая за мной.

— Понятия не имею, — признался я и добавил, чтобы малость успокоить: — За врагами или преступниками приходят иначе,

— А вдруг что-нибудь случится⁈ — не унималась она.

— Тебя и детей не тронут, — сказал я, не очень уверенный в этом.

Насчет себя я точно знал, что выберусь из этой эпохи живым и здоровым, а вот что будет с семьей, понятия не имел. Надеюсь, что, как обычно, оставлю их богатыми, чтобы было, что расфинькать.

Когда спустился в столовую, где стражники, допив сбитень, уже заждались меня. По их взглядам, резко наполнившимся почтением, понял, что наряжался не напрасно. Человек — унылая вешалка для красивой одежды. На улицу вышел первым и направился к мосту, ведущему на Софийскую сторону. Шел по деревянному тротуару, которые расположены по обеим сторонам улиц по всему городу, даже в бедных районах. Не оглядывался и не общался с десятником и стражниками, которые топали следом. Они охрана, а не конвой.

Мост через Волхов широкий и длинный. По обе стороны торговые лавки. Что-то типа длинного торгового пассажа без крыши. Продают все, что душе угодно. Народу валом, хотя день рабочий.

В кремль зашли через тоннель в деревянной Пречистенской надвратной башне. Охрана возле нее, человек десять, посмотрела на меня, на моих спутников и ничего не спросили, только ответила на мое приветствие. Здесь принято здороваться со всеми. Если ты не знаешь кого-то, это не значит, что он тоже не осведомлен, кто ты есть такой, а даже если и так, все равно надо быть вежливым. Кремль имеет форму неправильного овала, выровненного со стороны реки. Главная поперечная дорога, соединяющая Пречистенские ворота и Воскресенские, как бы делит его на две части: северную, как бы духовную с каменным Софийским собором с пятью куполами и двором владыки (архиепископа), и южную, светскую, где находятся административные учреждения и казармы. Я был уверен, что мы пойдем на север. Во-первых, любимое с детского мультика направление. Во-вторых, викарию, подменявшему плененного архиепископа, негоже ноги бить; кому надо, сами придут.