Так что главное в деле технического прогресса и нагиба соседей — это еда для тех, кто его двигает и его достижениями нагибает. А остальное в движении цивилизации вперёд уже частности. Могли, конечно, не европейцы всех нагнуть, а арабы, но один черт всё крутилось вокруг средиземного моря. Индия, Китай и все остальные регионы не угнались за победителем гонки имени эффективного выращивания жрачки. Так что свой путь к цивилизации соплеменников я по идее должен был начинать с создания огорода и начала ведения сельского хозяйства, окультуривания растений и селекции… В общем, с тех скучных вещей, подлинные результаты которых будут уже не при моей жизни. Так себе перспектива, особенно на фоне того, что где-то достижения цивилизации уже есть в готовом виде. Моё прогрессорство пока ограничивалось кормушками для рыбы и раколовками из ивовых прутьев, да и то кроме меня за ними никто плавать не желал, хотя добычу кушали. А ведь где-то есть технологические и сельскохозяйственные секреты. Способы добычи металлов, ковки, хитрости выращивания еды на земле, трёхполье и четырёхполье, уже окультуренные растения, которые не надо выводить с диких. Нужно только дойти. И либо пользоваться ими на месте, либо принести сюда. Ну и не помереть в процессе, а также убедить тупоголовых соплеменников, что им от всех новшеств будет хорошо. И я не знаю, что сложнее.

Старый Йар уже заметно сдавал. У меня закралось подозрение, что следующая зима станет в его жизни последней. Из крепкого старика он становился просто старой развалиной, было грустно это видеть. Зубов становилось всё меньше, морщин больше, руки и ноги становились тоньше, кожа шла пигментными пятнами… Печальное и удручающее зрелище, он ведь стал мне кем-то вроде приёмного отца. Меня примиряло со всем этим лишь то, что я точно знал на личном опыте, — Йара, как и всех нас, после смерти ждут не могильные черви, а новая жизнь. Да, вероятно, без памяти о прошлой, но всё же. Хотя было у меня подозрение, что мелкие дети что-то такое оставляют у себя на подкорке. Потому из них и прёт энергия с гиперреактивностью… После ощущения старого тела, в котором болело всё на свете и резко лучше было не двигаться, стать здоровым ребятёнком — это, наверно, как пересесть с чихающего жигуля на новенькую Феррари. Даром, что «жигуль» никто не помнит, подсознательная разница ощущений порождает желание давить на газ и смотреть вперёд с диким восторгом.

— Соберите хворост, — отвлёк меня от воспоминаний и размышлений голос наставника. Мы вновь пришли к Камню. Пора было позаботиться о костре, тем более что вода в речке по весне была чертовски холодной, и это вряд ли могло пойти на пользу здоровью кого-то из нас. Да, великаны определённо не только больше, но и крепче людей, но всё же воспаление легких возможно и у нас. И не всегда его может заговорить шаман, даже такой опытный, как наш старикан.