— Интересно и необычно, но всё же немного страшно, — не стала лукавить и ответила честно.

Мы сделали заказ и Десмонд попытался меня разговорить, однако к своему стыду я не могла поддерживать светскую беседу и уж тем более беседу на грани фола — пикантную и дерзкую, как того хотелось боссу.

Я не люблю экстрим и вообще всегда относила себя к людям, что привыкли твёрдо стоять на ногах, а не парить над пропастью или витать в облаках, и здесь чувствовала себя откровенно некомфортно. Любоваться видами получалось с переменным успехом, а уж когда точно напротив нашего столика, через пропасть, обрушился кусок скалы, у меня пропал аппетит.

— Это специально делают — для большей остроты ощущений, — объяснил Кавана, с удовольствием отрезая кусок стейка.

— Как по мне, перебор, — произнесла, сражаясь с тошнотой. — Простите, мистер Кавана…

— Десмонд.

— Мистер Кавана, — упрямо повторила я. — Ненадолго вас покину. Прошу извинить.

Я сбежала в поисках уборной, надеясь, что меня не вывернет от ужаса до того, как смогу уединиться. Однако стоило мне отправиться на этаж ниже, где по заверения официанта была расположена уборная, как я едва не уронила челюсть.

Навстречу мне шёл тот самый мужчина, что запер меня в своём номере в Таиланде!

Я действовала моментально — нырнула под ближайший столик, благо скатерть была длинной и непрозрачной. Машинально посмотрела вниз, в пропасть. Сглотнула.

Желудок свело спазмом и я быстро–быстро задышала, пытаясь совладать с эмоциями, когда вдруг край скатерти ушёл наверх и ко мне под стол заглянул владелец длинных, идеальной формы ног, одетых в стильные белые джинсы.

— Синьорита, он ушёл, — обаятельно улыбаясь сообщил пожилой итальянец. — Быть может, вы присоединитесь к нашей скромной компании? Поверье, мы сможем защитить столь прелестное создание.

— Простите, — выдохнула, извлекая себя из–под стола и, лишь увидев нескольких прилично одетых иностранцев, перешла на свой ужасный итальянский: — Буона джорната. Скузатеми. Коме ва? [Добрый день. Извините. Как ваши дела?]

Небольшая задержка отвлекла и от страха высоты и от страха столкнуться с чрезмерно близким… незнакомцем.

Распрощавшись с приятными джентльменами, спустилась на технический этаж, но в уборную не пошла — вышла на небольшую террасу, заставленную запасными стульями.

Облокотилась на перила, посмотрела вдаль. Туда, где недавно с диким грохотом отошла часть породы, обвалилась вниз. Воспоминания были не из приятных, но позволили выбросить из головы непристойные картины жаркой тайской ночи из головы. Ещё бы тело покинуло дикое возбуждение!