Ну а я, как сержант, принимал решения. Правда, сейчас я больше, чем просто сержант. Теперь от меня зависит больше. Будто ставки выросли.

— А если мы его найдём сами? — спросил Шопен, глядя в окно. — И ки’дык ему настанет? Так-то пацанов попросил знакомых, они в разных районах ходят. Может, увидят, шуманут мне.

— Да, у тебя знакомых вал, — кивнул Шустрый. — А они с тобой как свяжутся?

— Ну, как-нибудь, — Шопен пожал плечами. — Выйду на улицу, побазарим с кем-нибудь.

— Там у меня сиги в куртке лежат, если чё — дай им, награда же. Покормить, если что, можем.

— Неплохо бы. А то жрать-то им нечего, — согласился Шопен.

— Тогда, если мы найдём сами и как-то решим вопрос, — произнёс Самовар, — хотя, конечно, хотелось бы без крайних мер, но вряд ли без них хоть что-то сейчас решается. Но тогда Налим придёт к Газону и скажет, что тот его подвёл, потому что испортил такую схему. Предъявит, как они говорят, ведь сразу поймёт, откуда ветер дует. И что с Газоном будет дальше — рассказывать не надо.

— Куда не сунься — везде жопа, — Халява поднялся, проверил рубашку и начал её надевать. — Давайте наймём ему адвоката.

На груди у него болтался жетон с личным номером на цепочке, который он как-то умудрился забрать из армии и не сдать. Правда, это был личный жетон Царевича, как я помнил — они с ним тогда менялись наудачу. Хорошо, что оба выжили, а то бывало, что из-за этой традиции похоронка уходила не в ту семью.

Славик, хоть и старается не показывать это, но к вещам тех времён до сих пор привязан.

— Кому адвоката? — удивился Шустрый.

— Ну Вадику. Нашего, чтобы адвокат держал в башке оба дела, и чтобы Вадик молчал.

— Во! — Шустрый вскочил. — Вот ты мысль дельную сказал, Халявыч! Посмотришь — дуб дубом, а в голове-то не сплошная кость, как мы в армейке думали. Ты же у нас тоже порой подсказать можешь грамотно.

— А ты чё сегодня ко всем ластишься? — пробурчал Славик, хотя краешки губ у него чуть поднялись от похвалы, и щёки порозовели.

— Так температура, — он шмыгнул носом. — Простыл же, вот и туплю. Чая с малиной надо выпить, или над картошкой подышать.

— Мысль про адвоката дельная, — сказал я, и Самовар одобрительно кивнул. — Как запасной план, если попадётся этот Вадик. Но надо учитывать, что Вадик может из вредности следаку про нас сказать, как уже делал и не раз.

— Именно, — сказал Пашка.

— Сами понимаете, — начал Царевич, — хотелось бы надёжный вариант. Но за такие варианты сейчас по головке не погладят.

Шустрый пошёл в ванную, где громко сморкался, пока бежала вода, а мы продолжали совет.