— Я схожу, поговорю с ними, — твёрдо произнёс я. — Афганцы же это, что, мы язык с ними общий не найдём. Они воевали, мы тоже. Поговорю по-мужски, объясню, что к чему, и разойдёмся. Чего нам делить?
— Могу я поговорить, — предложил Царевич.
— Нет. Я сам. Объясню, что и как, и договоримся.
— Ты? — Шустрый удивился. — Старый, ты чё-то меня удивляешь, в натуре.
— Я пошёл.
— Да куда один-то? — спохватился Царевич и полез в карман. — Мы с тобой. Да же, Шустрый?
— Без базара, — подтвердил тот.
Ни капли сомнений, хотя понимают, что где-то рядом бродит пяток злых мужиков с крутым нравом. Но эти двое — такие друзья, каких у меня больше не появилось за всю жизнь. И хоть мы отдалились после армии, они за своих готовы на всё…
Долго идти не пришлось. Из тёмно-красного джипа, припаркованного за киоском с пивом и сигаретами, выбрался невысокий, но крепкий усатый мужик в кожанке. Тот самый владелец магазина. Следом вылезли ещё двое, потом подтянулись другие.
Вид у всех злющий, но я шагнул им навстречу без всякого страха. Я уже не пацан двадцати одного года, который хоть и повидал многого, но в какой-то момент сделал неправильный выбор. В этот раз всё будет иначе.
— Сам явился, — произнёс усатый и сплюнул в сторону. — Ну ты даёшь.
— Поговорить с тобой хочу, — ровно и спокойно сказал я. — Закрыть вопросы надо между нами.
Он удивился, но кивнул.
Глава 2
— Лады, давай поговорим, — согласился афганец и полез за куревом.
Забавно, но меня самого курить не тянуло. Нет, конечно, покуривал я в то время… в это время, но не так, чтобы не мог без этого обходиться. Лучше бы так всё и оставить.
Этот невысокий усатый мужик в кожанке выглядит расслабленно, но это обманчивое ощущение, на угрозу он отреагирует моментально. Эти рефлексы остаются на всю жизнь, по себе знаю.
Но зато впервые за много лет я снова чувствовал, что меня прикрывают свои. Парни рядом, и поддержат, чтобы ни случилось, как и раньше. Уверен и в них, и в тех, кто сегодня не пришёл на вокзал. Ведь слишком быстро я собрался уезжать, не всех предупредил.
— Сразу перейду к сути, — спокойно заговорил я. — Умысла тебе навредить у меня не было, сразу не догнал, что там творится. А когда понял, уже поздно было.
— А кто там был? — спросил афганец, нахмурив брови. — Кто мою технику стащил? Скажи уж, раз начал.
Он засунул зажигалку в пачку «Мальборо» и бросил это товарищу, стоявшему у машины. Тот поймал, просто выставив руку. Все смотрели на меня, но я не терялся, смотрел им в глаза, без вызова, но и не уступая. Как и положено.
Они сами ни к кому не лезли, но в обиду себя бы не дали. Как и мы.