— Живой он, — пробормотал он. — Живой Паха ещё.
— Будем вытаскивать, — решил я.
Глава 15
Если бы мы тогда поймали Вадика сразу, разговор с ним был бы коротким. Ему бы он точно не понравился. Он прекрасно понимал, что это не первый его косяк и что в этот раз с ним будут разбираться иначе. Своя рота тоже бы его не прикрыла. Слишком серьёзный это был косяк, за такой на передке пощады можно было не ждать.
Поэтому встречи с нами он решил избежать любой ценой.
Свинтил, пока мы вытаскивали Самовара с минного поля под обстрелом «духов». Если бы сразу после этого Вадик попался нам по дороге, когда нам было плевать на все трибуналы, там бы он и остался.
Но Вадик схитрил. Естественно, он добрался до позиций намного раньше нас — его притащили туда с раненой ногой, хотя там, на минном поле, его даже не оцарапало.
Никто же не знал, что он натворил, вот и приняли его, вкололи, что полагается, и оперативно отправили в госпиталь. Гадить он нам не перестал и после этого — его эвакуировали на вертушке, как по заказу оказавшейся рядом, а тяжёлому Самовару пришлось ехать в кунге — в кузове раздолбанного грузовика.
Почему Вадик оказался ранен, мы узнали не сразу. Вообще, в таких случаях принято говорить «членовредительство», ну а мы говорили: «самострел». Хотя по факту именно в себя мало кто стреляет, ведь это легко обнаружить и за это сурово наказывают.
В таком деле есть нюанс — если выстрелить в упор, то это видно, так как на форме и теле остаются заметные следы от пороха. Если найдут такие следы — дисбат или срок после лечения обеспечены.
Поэтому те, кто решается на такое, чтобы свинтить с передка, договариваются с кем-то, чтобы изобразить боевое ранение. Мол, стрельни меня, сам же и утащи в санчасть. Ну и Вадик, прекрасно понимая, что мы с ним сделаем, заплатил кому-то из встреченных по пути знакомых, чтобы тот в него выстрелил, вот и оказался в части уже раненым. Учитывая, что вовсю шёл бой, попадание никого не удивило.
Хотя какое-то наказание он всё же получил: тот, кому он заплатил, облажался — прострелил ему колено.
Хотя почему облажался? Кто-то мог выстрелить именно туда специально, чтобы оставить Вадика без ноги. Его многие не любили, и только хитрость и везение спасали его от расправы. Ну и знакомства среди водителей, которые привозили ему разную мелкую и не всегда законную контрабанду, вот он и приторговывал тайком.
Ногу ему не отняли, спасли. Его вообще оперативно перевезли самолётом из Ханкалы аж в Москву, в госпиталь имени Бурденко. Впрочем, он хромает до сих пор, и нас избегает любой ценой даже на гражданке.