— Андрей, — вспомнил меня Султан. — Проходи, дорогой, садись. Выпьем чаю.

Уже хороший знак, значит, в ближайшие минут пятнадцать меня не грохнут и не выдадут Мусе. Я сел за стол, а молодая чеченка принесла три парящие кружки и заварник.

— Гость пришёл, — Аслан закончил молитву и заулыбался. — Это хорошо. Располагайся.

Оба сели напротив меня и смотрели. Конечно, они знают о похищении, но могут не знать, против кого именно действовал Муса, ведь в городе есть и другие ветераны этой войны. Да и Муса знакомился с нами на дне рождения Тимура, и не узнал никого из нас. И тут Султан мог думать, что Руслана это больше не коснётся, как и меня. Что напали на кого-то другого, тем более, раз я сам явился сюда, такой спокойный.

Я отпил горьковатый чай и поставил кружку в блюдце.

— Что-то насчёт Тимура? — спросил Султан. — Опять в проблемы влип? Мать говорила, что он сегодня опять дрался.

— Было дело. Вступился Руслан, да и мы все были рядом.

— Вы люди дружные, — Султан рассматривал меня. — И если Руслан вступается за брата, то и вы его не бросаете. Это похвально.

— А теперь давай к сути, — сказал я, снова отпив чай. — Муса, хорошо тебе известный, организовал похищение нашего друга, и ты тоже это знаешь.

— О чём ты, дорогой? — Султан сделал вид, что удивлён, и переглянулся с Асланом.

— Я не буду доказывать, уговаривать, просто скажу, что мне известно и чем это грозит вам. Ещё про это в курсе один местный офицер из ФСБ, но он не только не попытался остановить — он им помогает, чтобы заработать повышение. Но и это не всё.

Я сделал паузу, чтобы они переварили. Лица ничего не выражали, кроме наигранного непонимания, их очень сложно читать.

Вспомнилось, как сидел в ауле перед бородатыми мужиками, совсем пацан, но держался и говорил с ними, зная, что хоть они и враги, но сильных уважают.

— И вот, Муса напал на нас, угрожая застрелить Руслана… и невзирая на то, что рядом был Тимур. Мог убить и его. У них были автоматы, и они хотели стрелять.

— И что случилось?

Султан резко что-то выкрикнул на чеченском, и в зал заглянул охранник. И я был готов поспорить, что Султан отдал приказ своему человеку узнать, где сейчас его сын.

И во взгляде отца я разглядел тревогу. Даже Аслан с каменным лицом старейшины немного забеспокоился.

— Мы отбились, — продолжил я, — но тебе это известно, потому что ты спрятал тело по просьбе Мусы, и об этом уже знают чекисты, просто ждут подходящего момента.

— Тебе чекисты это сказали? — у Султана изменился голос.

Не страх, а злость. Злится. Сильно злится из-за таких новостей.

— Мне подсказал один человек. Есть в городе те, кто готов нас утопить. И те, кто может помочь. Разные люди, и среди наших, и среди ваших. Но я не закончил. Тимур сейчас у нас.