Наши искренне радовались и хлопали друг друга по плечам, даже Оба, который в целом был в курсе моей схемы. А, может, он-то радовался по другой причине, кто его знает?
Я тоже изобразил радость, но в столовую пошел неспешно, пропустив всех вперед. Мой маневр не прошел незамеченным. Оба отстал, поравнялся со мной и спросил, не скрывая усмешки:
— Ну и что будем делать, командир?
Глава 20
— Чего-чего, — пробурчал я. — Выпивать и закусывать. Посмотрим.
— Я с тобой, если что, — улыбка расползлась у Обы на пол-лица. — В жизни такого не пропущу, хочу посмотреть, как ты будешь выкручиваться.
— Выкручиваться-то я буду вместе с вами, — метнул я на него сердитый взгляд. — И нагружу по полной.
— А это ничего, ничего, — кивнул Оба. — Зато какое веселье. Кстати, насчет выпивать и закусывать…
Он ускорился и крикнул нашим:
— Командир говорит, надо выпивать и закусывать! Как насчет вечерком по пиву?
Довольный рев был ему ответом.
Проклятые буквалисты. Это же была метафора.
* * *
В целом расклад был тухлый. Упрощал дело только один момент: мои обязательства перед инкубатором были выполнены. Поздравление пришло и от Марго, и от Эксцельсы. Причем Эксцельса писала, что лично она была против того, чтобы пропускать нас в следующий тур, за что я ее искренне поблагодарил. В ответ она насыпала мне неприличное для профессора количество хохочущих смайликов, что только подтвердило мои подозрения, что она в курсе нашего схематоза. Есть ли хоть что-нибудь, что можно скрыть в инкубаторе?
Хотя, глядя на наших, было очевидно, что мои планы хотя бы частично остались тайной. Общество, посвященных в планы вылететь на первом туре, включало в себя Обу, Хмарь, и, похоже, Олич с Бакланом. Впрочем, цепочка знающих сформировалась логично, и здорово, что информация не расползлась дальше. Я был приятно удивлен. Я давно привык, что все секреты выходят наружу в течение недели. Хотя, может, дело в том, что события развивались слишком стремительно.
Баклан зарулил к нам на грустный праздник (грустный только для меня, разумеется) за компанию с Олич. Они с подругой метали на меня сочувственные взгляды, но молчали. Тактичные все, аж тошнит. Никто из них не стал со мной ничего обсуждать, по крайней мере, в баре. Ну и ладно, Баклан, если захочет, всегда может поговорить. Хотя, если не пожелает спалить Олич, то и не станет.
С другой стороны, говорить-то не о чем. Если Баклану чего умное в голову придет, он и сам скажет, да и я отказываться не буду. Уверен, он бы так не облажался, всё-таки в мире человеческих раскладов Баклан ориентируется лучше меня. Эх, жаль, что он не органик. Хотя стой? Там вроде бы на следующем этапе можно делать комбинированные команды.