Глава 14
— Как же ты уже достал шастать туда-сюда, — дежурно проворчал охранник, открыв мне калитку в воротах.
На язык так и просилось какое-нибудь едкое замечание про то, что все стражники уже задолбали работников кухни своим странным желанием жрать каждый день, причём по три раза, но я вынужден был промолчать. Армиль был парнем довольно тихим, неконфликтным и, до кучи, ещё и не особо разговорчивым. Так что мне осталось только виновато улыбнуться и шагать дальше. Дала ж судьба жалкого культиста-неудачника, люби его мать.
Впрочем, главное, что когда я пересёк ворота, магическая защита периметра даже не пискнула. Значит, выбор был сделан верно, и я на правильном пути, пока реципиент лежит в компостной яме без сознания. Перейдя двор наискось, подсобный рабочий, к которому все давно привыкли, как обычно притащил два ведра для отходов на кухню, оставив их в углу. Повара вскоре должны будут наполнить их обрезками, требухой, рыбной чешуёй и прочей дрянью, которая не годится в пищу.
— Армиль, чего так долго⁉ Бегом с Сокто в холодную, тащите мясо! — раздался голос Шарпа. Непосредственный начальник у парня и правда был слегка мудаковатым мужиком чуть за тридцать с объёмным пузом и покрикивал на него из чистой любви к искусству. В конце концов, Армиль на вынос мусора всегда тратил одно и то же время, не задержавшись и сегодня.
— Да, господин, — осталось мне пока что только кивнуть и вместе с ещё одним подсобником отправиться к погребу. Исчезнуть из чужого поля зрения пока что не получалось, но это временно.
Зато без особого труда удалось считать поверхностные мысли Сокто, которые крутились вокруг вечерних развлечений. Это было даже странно и в чём-то особенно ненормально: с одной стороны, у людей тут вполне обыденная работа, как у всех остальных в этом мире, а с другой — регулярные оргии во главе с демоницей. Хотя вроде бы я где-то читал, что маньяки большую часть времени ведут себя как абсолютно нормальные люди, чёрта с два догадаешься, что что-то с ними не так, но резать людей им это почему-то не мешает. Вот и тут подразумевалось, что сейчас работники кухни закончат с поздним ужином, а когда госпожа с приближёнными им насытится, «всё» и начнётся. Возможно, даже удастся попробовать кого-нибудь свеженького. От последней мысли Сокто я резко навострил уши, но развивать её мой спутник сам не стал. Необходимо было его подтолкнуть, так что когда мы открыли погреб, я придержал дверь и фыркнул:
— Клин вставь, хорош о бабах думать.
— А то сам не о них? Или о мужиках опять? — усмехнулся второй подсобник, но выполнил моё указание и поджёг лучину. Освещения в погребе было маловато даже при открытой нараспашку двери.