Сейчас вы все идёте по домам, приводите себя и свои дела в порядок, а в понедельник, по гудку, приходите на завод, где мы попытаемся наладить производство. Я буду в доме градоправителя, сегодня и завтра, два часа после полудня, буду ждать вас, если у кого-то есть проблемы, с которыми вы не можете справится самостоятельно, можете подойти к моему дому, и я попробую разрешить вашу нужду. Если чью-то семью мы не привезли, приходите ко мне и говорите, и мы привезем ваши семьи, тем более, что без вас Благодееву они не нужны и, скорее всего, их уже сегодня выкинут из рабочих казарм. Бежать отсюда я не советую, у вас у всех пятилетние контракты — объявлю вас всех в розыск, никуда не денетесь, привезут в кандалах даже из Империи, и будете вместо пяти лет по контакту на заводе, двадцать лет, на положении каторжников, в шахте, киркой махать. Все, все свободны, идите по домам.
Не слушая криков, не пришедших в себя, мужиков, я развернулся и двинулся в сторону завода. Там у меня работала бригада из десяти человек, во главе с прапорщиком –инвалидом из военной приемки, что пытались на допотопном оборудовании воплотить в жизнь мои задумки. Сегодня мне обещали продемонстрировать, воплощенное в металле, мой заменитель кавалерии, без которой невозможно представить оборону княжества от врагов внешних.
Глава 8
Глава восьмая.
— Показывайте, ваше произведение искусства, Илья Жданович. — я приветливо улыбнулся и пожал руку поручику –инвалиду, что в благополучные времена заведовал имперской военной приемкой на металлургическом заводе, а сейчас, как-то незаметно, взял на себя функции управления предприятием.
— Извольте любоваться, Олег Александрович. — поручик Камнев махнул рукой и один из рабочих, что собрались вокруг, ожидая моего вердикта, сорвал кусок брезента, представив на всеобщее обозрение два…
Н-да, рисуя эскизы велосипеда «Урал», на который, в прошлой жизни я сел в двенадцать лет, я надеялся, что местная промышленность сумеет создать что-то более близкое к оригиналу, хотя, с другой стороны…
Трубы на основе винтовочных стволов здесь умели делать давно, только заказов от империи не было, для развертывания массового производства. Сварку тоже освоили, ну а то, что все было сделано кондово и не имело товарного вида, было делом наживным. Слабым местом были колеса. Каучук и изделия из него был известен аборигенам, и даже применялся, в основном, в медицине, но стоили эти изделия каких-то умопомрачительных денег. Соответственно резиновые покрышки и камеры для колес аппаратов велосипедных войск, которые я собирался разворачивать в качестве альтернативы кочевой кавалерии, были для меня недоступны. Возможно потом, когда я, могучими ударами и дальними рейдами, очищу Среднюю Азию от враждебных элементов, как Александр Македонский, дойду до Индии, разведу там плантации гевеи и…