— Командуйте штурм, поручик. –я по привычке хотел перекреститься, но вовремя задержал руку и воровато бросил взгляд на, установленных в кузове веломобиля, походных идолов

Команд Галкина никто не слышал –мешая строй эскадронов, бойцы бросились в сторону дымящегося проема, размахивая винтовками, снятыми со стволов штыками-ятаганами и саперными лопатами, которые своей универсальностью пришлись моим солдатам по душе — лопата, пила, топор «в одном флаконе» — пока ничего подобного этот мир еще не знал.

Пара десятков смельчаков в форме Булатовского княжества уже нырнули в створ ворот, когда за стеной оазиса раздались дикие крики, ржание лошадей, после чего несколько солдат выскочили наружу — за ними мчались, размахивая саблями и пиками, всадники в разноцветных халатах и черных тюрбанах на головах. Тут бы я, наверное, и потерял большую часть своих «кавалеристов», так как атака кавалерии была неожиданной, а саперная лопата с коротким ятаганом — не самое лучшее оружие против обученного кавалериста, но моих людей спасла мраморная или гранитная колонна, валявшаяся поперек створа ворот. Не знаю, откуда эта тяжеленая штука взялась в оазисе, но, если боги даруют нам победу сегодня, то из этой колонны я сделаю памятник, напоминающий всем об этом бое.

Кавалеристы врубились, в растерявшуюся от неожиданности, смешавшуюся толпу моих бойцов, когда, мчащиеся первыми, лошади начали кувыркаться через голову.

Мои бойцы раздались в сторону, новые всадники, на всем скаку, выскакивающие из ворот, напарывались на своих, менее удачливых товарищей, что со своими конями нарвались на лежащую поперек пути, колонну и атака захлебнулась, завязла в плотном кольце, окружающей ворота, пехоты. Раздались команды офицеров, навстречу новым всадникам хлестанули залпы, пехота, ощетинившись штыками, переколола упавших с коней всадников и стала втягиваться за стены оазиса. Из-за распахнутых ворот продолжали доноситься крики и лязг оружия, ружейные залпы, но это была уже агония — «пятьсот джигитов» упустили свой шанс на победу.

За стены я заехал через три часа, когда солнце начало вставать из-за горизонта. Большая часть защитников крепости, поняв, что вражеская пехота прорвалась за стены и ее не остановить, бросив своих коней и имущество, бежало, спрыгнув с невысоких стен противоположной стороны. Из жителей оазиса и его гостей я что-то обещал только Юсуфу, сыну Фатха. Двери с косым крестом, с прячущимися за ними многочисленными родственниками и знакомыми Юсуфа, спас Галкин, вовремя вспомнивший о моем приказе, остальным обитателям бывшего оазиса Кёкирик оставалось только уповать на милость победителей. Когда я въехал на огороженную территорию, все уже было кончено. Местные жители искали среди мертвых и раненых защитников своих родственников, дабы похоронить по своим обычаям, трупы остальных выносили за территорию оазиса.